Жизнь наизнанку

Вырыпаев поклялся, что не обманывает, что они действительно с Владом мирно и дружно отдыхали – пили, курили. Сергей потом отправился к себе домой. Влада с тех пор он не видел, они больше с того дня не виделись и не общались.

Маевская выяснила, как добраться до магазина Ахыева, без промедления отправилась в лавку, где по словам Сергея они покупали алкоголь.

Надежда извлекла из сумки фотографии, передала несколько отпечатков в окошко. Продавщица согласилась:

– Да, были эти молодые люди, они оба приходили в тот день.

– Во сколько?

– Точно время я не помню, но кажется…

– До пяти или после? – резко перебила Маевская.

– Да, до пяти. Точно, мне еще внучка звонила после этого. Я на часы глянула, было около двенадцати.

– Все понятно, спасибо вам большое. Вы мне очень помогли, – едва заметно улыбнулась Надежда.

Маевская шла по улице, свернула к хлебозаводу. Уверенным шагом направилась к Сергею. В этот момент зазвонил мобильный.

– Алло, слушаю.

– Надежда?

– Маевская.

– Мы могли бы встретиться, нам нужно поговорить с вами.

– Простите, а вы кто?

– Элеонора Васильевна. Это мать Бориса Кощеева. Вы ведь занялись расследованием?

– Да, я.

– Хорошо. Можете прийти по адресу…

Через пятнадцать минут Надежда поднялась на второй этаж пятиэтажного дома, который расположен неподалеку. Они встретились в квартире матери.

– Вот мы здесь вдвоем с мужем живем. Собирались переезжать в другой город. Квартиру даже купили, прописку сыну вот на днях сделали. Еще немного, и мы бы переехали и этого бы не случилось, – дрожащим голосом произнесла невысокая женщина с пышными волосами и не совсем адекватным немного диким взглядом.

На глазах матери проступили слезы.

– Расскажите, пожалуйста о сыне.

– Это просто замечательный мальчик. Все его бедного так обижали, так обижали. А он такой добрый, все время помогал людям, – мама Бориса покачала головой, вытирая слёзы.

– Соседи говорят, что он сам провоцировал всех на конфликт, – негромко проговорила Маевская.

– Это неправда. Он был нормальным человеком. Неравнодушным и очень активным – голос матери вмиг изменился.

– Допустим все так, так зачем же Антон его убил? За что?

– Да что вы такое говорите! Не убивал Антон его. Это какое-то недоразумение. Не мог он этого сделать, – безумный взгляд задержался на глазах Надежды несколько секунд.

– Откровенно говоря, я тоже в это не верю, – Маевская посмотрела в сторону.

– Найдите, пожалуйста, кто это сделал.