Чулок

Антонина, не смотря на возраст, оставалась довольно жадной до постельных удовольствий, и с ней приходилось нелегко, но кого это волнует? Кто платит, тот музыку и заказывает. Она использовала и отбрасывала тотчас, ощутив малейший дискомфорт, не зная сожалений и не сомневаясь; такого добра в Москве навалом. Илья оказался долгоиграющим, он подкупил ее своим тактом, терпением и предупредительностью. Она подцепила его в кофейне, куда пришла на встречу с подругой. Подруга застряла в пробке и Тонечка скучала.

Вскоре она почувствовала на себе пристальный взгляд. У окна сидел молодой , хорошо одетый мужчина. Длинные русые волосы собраны в аккуратный хвост. На мизинце изящное кольцо, а на щеках чудесный румянец. Парень был, вне всякого сомнения, альфонс, Антонина уловила это мгновенно, раньше, чем что-либо произошло. Долгие годы общения с подобного рода ловеласами даром не прошли. Он мнил себя охотником, ее вообразил дичью. Сомнений Тонечка не ведала, не более недели назад она распрощалась с одним зарвавшимся мерзавцем, у которого хватило «ума» представить, будто Антонина влюблена и готова плясать под его дудку. Вспомнив безобразную сцену, устроенную напоследок ее неудачливым любовником, она поморщилась. Тонечка усмехнулась про себя, молниеносно оценив стать и внешние данные мальчика. Она внимательно посмотрела на него тем особенным, не оставляющим сомнений взглядом, что заставил «охотника» сделать стойку и подсесть за ее столик. Новичком Илья не был, но и в законченного циника превратиться пока не успел. Не более пяти минут потребовалось на то, чтобы выяснить у него все необходимое, и отослать вон. С первых же встреч Антонина разъяснила, что именно от него ждут, каковы правила и кто здесь главный. Она недвусмысленно дала понять, что отнюдь не простофиля, обвести себя вокруг пальца не позволит, не советует питать иллюзии на ее счет и видеть в ней тупую дойную корову. Старую, тупую дойную корову. Они быстро поняли, что вполне подходят друг другу. Илья уважал ее, всегда хотел и даже гордился ею. Она разительно отличалась от тех жеманных, напудренных сверх всякой меры старушенций, с которыми ему приходилось иметь дело. Антонина находила его приятным во всех отношениях, и союз этот оказался на редкость удачным. Илья не давал Антонине ни единого повода для недовольства и, в конце концов, она перестала эти поводы искать.