Девушка 2.0

Кровать напротив аккуратно заправлена – ничейная, никем не занята. На двух оставшихся сидят два мужика. На ближней к нему – худой, седоватый, аккуратно подстриженный. Напротив худого, возле балконной двери – плотный, круглолицый в тельняшке. Вспомнил, он же знакомился с ними. Ага, худой – это Олег, инвалид. У него проблема то ли с ногами, то ли с поясницей, ходит с трудом, но без палочки. Хотя палочка вон стоит, прислонилась у кровати, на всякий случай. А второй – Геннадий, бывший прапорщик из училища. Как он сам представился: «Бывших прапорщиков не бывает».

Денис попытался ответить, но во рту все пересохло, язык не ворочался. Безумно хотелось пить. Он вытащил из пакета бутылку минералки и, судорожно открутив пробку, жадно присосался к горлышку. «Спасибо, Клозе», – вспомнил черненькую барменшу из «Снежинки». Жанну, кажется…

– Что ты воду-то хлебаешь? Вон, чайник включай.

– Ага, умоюсь только, – Денис перевел дыхание.

– Да ты включи, а потом иди умывайся. Пока умываешься, он и закипит, – распоряжался прапорщик.

«Обрадовался. Есть теперь, кем покомандовать».

– Что-то я вырубился… – словно оправдываясь, пробормотал Денис.

– А ты как хотел? – рассмеялся Геннадий. – Тебе же капельницу воткнули. Всем втыкают…

То-то медсестра, введя ему иглу капельницы в вену, привязала потом руку к кровати: «Когда уснешь, ворочаться будешь.

Первый же тип, которого он встретил в коридоре, вогнал его в ступор. Небритый мужик в застиранной белой футболке и вытянутых спортивках, в дырявых тапочках брел, подволакивая ноги, держась рукой за стену. Но больше всего поразили его глаза – совершенно пустые, какие-то бесцветные. И выражение лица… Денис тут же вспомнил «Обитель зла» и чуть ли не бегом проскользнул мимо, в туалет.

Но умыться спокойно не удалось.

Туалет был совмещен не только с умывальником, но и с курилкой. Несмотря на открытую форточку, сизая дымовая завеса стояла стеной. Денис, хоть и сам курил, чуть не задохнулся. Да плюс еще резкий, бьющий в нос запах хлорки. На деревянных лавках сидело несколько человек разного возраста изрядно помятой внешности, все курили. А в единственном умывальнике какой-то мужик… стирал носки.

– Что, умыться? – он повернулся к Денису. – Щас, погоди, заканчиваю.