Сын Орла

– Могу я взглянуть на ваш паспорт? – вежливо обратился к Чистому Голосу сотрудник «Эйр Канада» в Калгари.

– Договор номер шесть, – отвечал тот с грубоватым акцентом человека, который увереннее изъясняется на родном языке кри, чем на английском. Судя по тону, он нисколько не сомневался, что упоминание договора равнозначно предъявлению паспорта. После минутного раздумья служащий авиалинии решил переадресовать этот скользкий вопрос федеральным властям. Через несколько минут у стойки паспортного контроля появился сотрудник иммиграционной службы в сопровождении офицера Королевской канадской конной полиции.

– Я много раз ездил к народам сиу, дакота и навахо в Монтану и Вайоминг. И мне не нужен был паспорт, – отвечал индеец.

– Ах да, – вспомнил сотрудник иммиграционной службы. – Вы, вероятно, имеете в виду договор Джона Джея – от 1794 года, кажется. Он, действительно, разрешает коренным жителям пересекать границу Канады и США в обоих направлениях без паспорта.

– А у меня – договор с Великобританией. – Чистый Голос порылся в сумке и вытащил помятое и выцветшее удостоверение, на котором значилось его имя. Из удостоверения следовало, что он является потомком людей, подписавших Договор №6 с королевой Викторией в 1876 году.

Сотрудник иммиграционной службы вздохнул. Он уже не раз обжигал пальцы на этом деле. Если сейчас он воспрепятствует вылету старого индейца из Канады, то в ответ может подняться волна протеста со стороны назойливых индейских политических организаций.

– Хорошо, я разрешу вам вылететь из Канады. Но я не ручаюсь, что Лондон позволит вам въехать в Англию без канадского паспорта. Они могут отправить вас назад следующим рейсом, так что вы путешествуете на свой страх и риск.

– По крайней мере, они не арестовали тебя на этот раз, – прошептала дочь Чистого Голоса, провожая отца на посадку.

Дочь «возмутителя спокойствия», Дождевое Облако, была женщиной-шаманом – толковательницей снов и видений из племени кри. Через несколько часов после взлета Чистый Голос все еще чувствовал тепло ее благословения. Стрелки его биологических часов только-только перевалили за полночь, но в той стороне, откуда приближалась Британия, горизонт уже радостно переливался пастельными цветами утренней зари.