Литий

Для женщины сорока с лишним лет, она была бесподобна, словно выдержанное вино, от вкуса которого понимаешь, что до этого ты лишь полоскал себя виноградным соком изнутри, не дав истинной красоте впиться со всей своей силой в стенки девственного желудка.

– Я буду с тобой откровенен, Маргарет. В общем, через несколько минут ты, возможно, познакомишься с апостолом Петром или растворишься на миллиарды молекул в бесконечной космической пустыне, не знаю, в общем, тайну смерти я еще не обрел.

 – Спокойно, на одном дыхании, промолвил Винс, сев рядом на кровать.

– Пожалуйста, я молю вас, сэр!!! Я все сделаю, только пощадите! Ну за что?! Я же ничего не сделала!!! – Выдавливала негромкие истеричные звуки бедная женщина.

– Понимаешь, Маргарет, каждый труп при жизни был уверен, что он нечто большее, чем кучка потребностей. Бесполезная работа утомленного разума. Столкновение желания и невежества. Люди… Я видел финал тысячи жизней.

Молодые, старые. Все они были так уверены в своем существовании, в том, что их сенсорный опыт делает их уникальными личностями. С целью, смыслом. Были так уверены в том, что они не биологические марионетки. Но правду не скрыть, и все, все видят, когда наступает конец. Пелена спадает.– Винс процитировал строку одного из любимых сериалов.

– Что за чертовщину ты несешь? Я живая женщ… – Не успела договорить вдова, как один глухой выстрел дал возможность номеру обрести тишину.

Винсент с ловкостью профессионала стёр отпечатки с оружия и вложил пистолет в правую руку Маргарет.

«Убила из ревности своего мужа, а потом пустила себе мозги на простыню, стерва не иначе». – Фантазировал Винс, делая записку на клочке бумаги: «Любимый, твоя простушка жена ни о чем не догадается, я всё время думаю о тебе и хочу тебя, мой медвежонок, постоянно, так что в полночь встречаемся у меня в номере, пока твоя дура будет смотреть свой сериал для малолеток, с любовью, твоя Дженнифер».

Записку Винсент вложил в другую руку мертвой вдове.

– Вот и отлично, состав преступления есть, – говорил Винсент, глядя на самого себя в зеркало, ожидая обратного ответа. Это всегда пугало окружающих Винса людей. Он был убежден, что рано или поздно отражение непременно ответит ему. Это как закон трудолюбия: если долго чего-то добиваться, то обязательно добьешься.