Наша история

Ладно хоть не отвалилась…

Так, мама что-то говорит. Я, как всегда, не слушал, просто стоял и кивал.

– Ты согласен? – почему-то мама удивилась. Фак, таки надо было ее слушать.

– Конечно согласен! Он же мой самый любимый братик! – меня радостно обняли сзади.

– Я у тебя вообще-то единственный брат, – хмуро пробурчал я.

– Ну раз ты согласен, то иди умывайся, а я и Илюшенька приготовим тебе завтрак.

– Ок…

Через пятнадцать минут я с энтузиазмом спустился вниз на кухню. Оттуда одуряюще пахло чем-то вкусным, а мой живот уже пару раз издавал звуки погибающего кита.

– Я придумал! – заявил Илья, стоило мне войти в кухню.

– Че придумал? – я недоуменно воззрился на него.

– Антон! – мать испепелила меня взглядом.

– То есть… чего ты придумал?

– Ну это… желание… – потупился брат,

– Какое еще желание? – я сел за стол и начал терпеливо ждать свой завтрак с видом великомученика.

– Антон! Ты помнишь, о чем мы говорили утром? – мама резко повернулась ко мне. Я уже вижу у нее в руках тарелку с омлетом.

Мама, с тарелкой в руках, подошла ко мне к столу. Я не сводил глаз с омлета. Вот мать наклонилась, чтобы взять что-то с края стола, и тарелка проплыла перед самым моим носом. Ммм…

– Я говорил, что он ничего не слушал… – обиженно прогудносил откуда-то из-под стола мелкий.

– Антон!

– Ну чего еще? – я не отводил глаз от омлета.

– Я говорила, что ты уже надоел со своим матом, считаешь себя взрослым, так отвечай за свои поступки! Ты постоянно ругаешься на своего брата! Какой пример ты подаешь, ты ведь для него такой авторитет! – Из-под стола раздалось гаденькое хихиканье.

– Чье желание? – мое больное воображение подкинуло картинки, где папаша хочет, чтобы я принес ему в жертву курицу, а потом сдался полиции, или где я, одетый в розовое платье с рюшками выхожу замуж за сына его лучшего друга, а потом почему-то спрыгиваю с 90 этажа небоскреба в Дубаях, где происходил наш медовый месяц, или где я…

– Ильи, конечно же!

– Мам, ну что за детский сад! – я отобрал у нее тарелку, не намереваясь больше ждать.

– Ничего не детский сад, Илья вон уже даже желание придумал.

– Я не буду ничего делать! – предупредил я, уже жуя божественный завтрак.