Светом двух миров

Но выходило так, что лучше бы прошёл мимо.

Ещё этот гном, как специально всё подстроивший.

Он толкнул его к этой пропасти.

В одно мгновение ему сильно захотелось найти сумасшедшего и потребовать все объяснения, вытрясти все ответы. Но потом он испугался, что чужие ответы ещё больше запутают его в этой новой безумной реальности. То чувство, когда кажется, ещё чуть-чуть и что-то внутри переломится.

Следующей своей мыслью он с тоской пожалел о том, что его маленький и слабый прежний мир, усеянный тысячью компромиссов, но примиряющий его с собой, уже не вернуть.

Два дня он не выходил наружу, проваливался в мучительную дрёму, снова открывал глаза, тяжёлым взглядом упираясь в бетонные перекрытия потолка над собой. Он не пил, не ел. И, кажется, не думал. А только чувствовал в груди кровоточащий надрез на тяжёлом, как камень, сердце.

Через два дня рана внутри загрубела, и огромный рубец отгородил сердце от мира вокруг.

Подняться с постели его заставили настойчивые удары в железо ворот. До него долго доходило эхо этих звуков, но потом он всё-таки поднялся, с трудом нашёл плащ, который валялся тут же у кровати. Распустил большой бант, всё ещё стягивающий пояс поверх свёртка, – нелепое напоминание о безумном гноме. Натянул на себя холодную ткань.

– Ты чё, умер? – Витёк ввалился внутрь, когда дверь открылась.

Не глядя на друга, он бросил стопку бумаг, на стол:

– У нас заказ от предыдущих клиентов! Им понравилось! Они ждут готовые изделия в те же сроки, но чуть большим объёмом! И мы должны постараться. Мы же справимся?

Тут Витька посмотрел на Семёна.

– Ты чего такой коричневый? Болеешь что-ли? Слушай, нам щас никак нельзя болеть. Это такой шанс, который мы ждали, может быть, последние десять лет.

В ответ – молчание. Семён никак не мог понять, что значит это «мы ждали» и «мы должны».

– Спина что ли не прошла ещё? Слушай, ну я ещё кого-нибудь найду тогда в помощь. Но без тебя никак не справиться, понимаешь?

Семён посмотрел на него и качнул головой, промямлив сухими губами:

– Я попробую.

– Ну вот! Главное, давай, – держи меня в курсе! – Витька ещё раз сострадательно посмотрел на Семёна. Не долго.

Потом он быстро дал указания по чертежам, и бодро махнул рукой на прощание. Его будущее многообещающе улыбалось ему.