ВДВ. Врач полка. Армейская сага военного медика

По совместительству заведующая физиотерапевтическим кабинетом, – визгливым голоском, но тоже четко и членораздельно, представляется мадам.

– Кабинет довольно просторный, на пять кабинок. Аппаратура, естественно, древняя, – комментирует хозяйка.– Но я, как могу, стараюсь поддерживать ее в рабочем состоянии, – пытается подчеркнуть свои заслуги прапорщица. На стенах развешаны всевозможные макраме, в некоторых из них вставлены горшочки с живыми цветами. Гнездышко довольно уютное.

Идем далее. Дверь направо « Клиническая лаборатория».

– Начальник лаборатории сержант Кругликова, -скромно так, глазки вниз, ручки в замочек, как провинившаяся школьница. Кабинетик совсем маленький. И ничего особенного. Микроскоп, да штативы с пробирками.

Дверь налево «Приемное отделение». Стол, стул, кушетка и шкафы с документацией, смотрю, из этого же кабинета одна дверь направо «Чистая перевязочная», вторая дверь «Гнойная перевязочная». Здесь в биксах, вынимая какие – то пробирки, копошилась тоже женщина в форме, но уже в солидном возрасте, и с заметными следами злоупотребления алкоголем на лице.

– Санитарный инструктор медицинского пункта старший сержант Солдатенкова, – прошамкала беззубым ртом, затюканная жизнью «старушка», лет сорока пяти.

– Это наша Алевтина Михайловна, главная труженица медпункта, от себя добавляет начальник аптеки.

– Куда собираетесь, Алевтина Михайловна? – задаю риторический вопрос.

– Да вот, несу смывы с объектов питания, в бактериологическую лабораторию.

– Спасибо, занимайтесь.

– Степа, ты сегодня дежуришь? – обращается старший сержант к аптекарю.

– Да, а что?

– Поторопи, чтобы больных быстрее переодели, которых я веду.

– Хорошо.

Степа Недялков, он же аптекарь, открывает дверь чистой перевязочной. Прямо напротив двери, стоя за перевязочным столом, на меня смотрит вторая моя визави.

– Медсестра операционно перевязочного кабинета сержант Шулякова, – проквакала она сдавленно перепуганным голосом, кривя бледными губами со следами розовой помады. При этом «штукатурка», самого низкого качества, типа солдатского крема для сапог, кусками отваливалась от напряженно моргающих верхних век, и падала на белые простыни операционного стола.

– Рад познакомиться, младший врач полка, лейтенант Озерянин.