В поисках Авалона

Приподнявшись, чтобы более внимательно изучить своё пристанище, я вдруг заметил небольшой свёрток, находившийся рядом с моим изголовьем. Немало обрадовавшись, ибо это были мои вещи, я оделся, после чего, не обращая внимания на недавно затянувшуюся в плече рану, выполз наружу.

Позволив себе мгновение наслаждаться ударившим в лицо морским воздухом, словно прояснившим моё сознание, я оглянулся по сторонам. Чуть поодаль стоял небольшой дом, из камня и глины, покрытый толстым слоем соломы. Рядом с домом была овчарня.

Вся земля, принадлежавшая этому дому, была обнесена невысокой каменной оградой, обвитой плющом и понизу заросшей мхом. Изумрудная зелень холмов, расположившихся чуть поодаль, напоминала собой морские волны, пронизываемые лучами полуденного солнца. Ирландия была прекрасна.

Я решил, было, направиться к дому, как вдруг дверь его открылась, и по узкой каменистой дорожке, в мою сторону направился какой-то человек.

– Эй, ты чего, ты чего?! – закричал он, находясь ещё на полпути ко мне.

 – Ну-ка, обратно, обратно иди!

Я не двинулся. Он как-то забавно смотрелся, махая руками и что-то приговаривая, словно отчитывая меня, как если бы я был его младшим сыном или внуком. Наконец, он подошёл, всё ещё что-то говоря и пытаясь отправить меня обратно в сарай. Это был невысокий, чуть полноватый человек, лет сорока – сорока пяти, с рыже-седыми перехваченными просаленной лентой волосами и жидкой бородкой.

– Чего стоишь-то тут? – напустился он, как-то по-отечески мягко, пытаясь затолкнуть меня обратно.

 – Раненый же! Тебе лежать надо! Обратно иди! Давай, давай.

Я, наконец, сдался, повинуясь его приказам.

– Как чувствуешь-то себя? – спросил он. – Ты б полежал ещё. Чего встаёшь-то? Тебе ещё выздоравливать надо. Ну, чего молчишь-то? Как чувствуешь себя, спрашиваю.

– Хорошо, – с трудом успел вставить я, сумев таки, прервать его бесконечный речевой поток.

– Ну, хорошо, что хорошо, – он похлопал меня по плечу. – Это хорошо, сынок, – он по-отечески улыбнулся.

 – Ну, что, как звать-то тебя? – спросил он.

– Алан, – ответил я. – Алан Джозеф Шайн.

– Алил, говоришь? – усмехнулся он. – Младшенький, поди?

– Так точно, – кивнул я, слегка смутившись.

– Ну, а семья где твоя? – спросил он.

– Семьи не имею, – ответил я.

Ирландец помотал головой, похлопав меня по плечу.

– Ну, прости, прости сынок, – тепло произнёс он. – Мы ж тебя там, вон, за камнями нашли, на берегу. Больше никого не было.