Ангел Капелька

Теперь осталось только каким-то образом заставить Сергея надеть его на себя…

И эта задача, как оказалось позднее, была «проще некуда»… Когда, несколько дней спустя, Сергей всё-таки изволил к ней явиться, Ася ещё раз убедилась, что свитер, который подарила мужу Виктория, и тот, который всю ночь вязала она – просто близнецы – братья! И как только Сергей удалился в ванную (он никогда не принимал перед свиданием с Асей душ дома – у жены тотчас бы возникло подозрение – своей ревностью она изведёт кого угодно), Ася, как коршун на цыплёнка, набросилась на свитер Сергея, суетливо засунула его в пакет, ногой быстро запихнула пакет под кровать, а на то место, где ещё секунду назад лежал Викин подарок, уверенно улёгся его двойник, спешно связанный Асей из клубка, вручённого ей замечательной Капитолиной Викентьевной, за одну ночь… Прямо, как в сказке… И Ася иронично назвала себя Василисой премудрой…

– А что? Где Вася, там и Ася… – подумала она, намекая на созвучие имён…

Далее действие развивалось по давно сложившемуся сценарию: триумфальный выход Сергея из ванной, умопомрачительный секс, кофе в постель, изысканный ужин, долгое прощание с очередным обещанием, что скоро они навсегда будут вместе… Но именно в этот раз Асе показалось, что Сергей говорит искренне.

А ещё через три дня, когда Ася, не успев накинуть на себя пеньюар, выскочила из спальни на звонок в дверь, она увидела на пороге своей квартиры Сергея с чемоданом в руках.

В этот раз он, как и обещал, пришёл к ней навсегда…

Часть – 4

…Весенний вечер был тёплым и необычайно солнечным… В парке на скамейке сидела молодая женщина. В её глазах застыла тоска… Со стороны женщину можно было принять за манекен – вот уже почти два часа она не меняла позу… Но внимательный глаз, конечно же, тотчас подметил бы, что, несмотря на «полную замороженность» фигуры, глаза женщины жили своей, отдельной от хозяйки жизнью: они зорко следили за двумя резвившимися в центре площадки мальчуганами.

– Деточка, какие у Вас милые мальчишки! – женщина, едва заметно кивнув головой и слабо улыбнувшись, одними губами поблагодарила старушку за комплимент. И опять полная неподвижность и безучастность ко всему происходящему вокруг, кроме сыновей.