Ожидание свободы. Роман

Парень подставил светилу свои порозовевшие щёки и, не почувствовав тепла, сказал:

– Тоня, несмотря на то, что твои щёчки бледные, ты всегда являешься моим солнышком, которое согревает душу.

Тоня печально улыбнулась и, посмотрев на небо, чуть слышно произнесла:

– Скоро моя душа будет где-то там, возле тёплого ласкового солнышка наблюдать за земной жизнью.

– Тоня, что с тобой? Ты раньше такой печальной не была. И почему ты говоришь о своей душе на небе?

– Она туда просится, а я её пока не пускаю.

– Ты думаешь о смерти?

– Смерти нет. Мне вчера подружка приснилась, которая умерла в прошлом году. Так вот она мне сказала, что ей на небесах очень хорошо, тепло, и есть ей там не хочется. Она звала меня к себе, – девушка снова посмотрела на небо своими огромными грустными глазами, – а я пообещала прилететь к ней.

– Во сне можешь слетать туда, но только не наяву. Я без тебя не смогу жить. И как же можно оставить вот эту красоту, что нас окружает, наше поле, на котором мы сейчас стоим?

– Я буду наблюдать за ним сверху, а ты всегда сюда приходи и смотри на небо, и наши души будут встречаться, – девушка поёжилась, – Вася, у меня руки замёрзли.

Парень быстро спохватился, спрятал Тонины худенькие маленькие ручки в свой тулуп, прижав их к груди своими горячими ладонями. Девушка улыбнулась и прикоснулась ледяными губами к щеке парня, а потом прошептала:

– Сегодня я буду гадать. Интересно, что мне выпадет?

Вася прикоснулся к губам девушки и поцеловал её по-настоящему.

– В день Щедрицы ты будешь Щодрой. Так решили все деревенские, поскольку тебе нет равных по красоте и уму.

– Спасибо. Это для меня большая честь. Постараюсь до этого дня не улететь на небо.

– Тоня, я сделаю всё возможное, чтобы ты не испытывала никаких трудностей. Давай прямо сейчас заедем ко мне, я возьму дров, еды и устроим у тебя в доме праздник.

Тоня смутилась:

– Мне стыдно приглашать тебя в дом из-за нашей нищеты. И как на это посмотрят мои мама и папа?

Парень улыбнулся:

– Скоро всё изменится к лучшему.

От этих слов Васи смертельно бледные щёки девушки порозовели. Она уткнулась лицом в грудь парня и заплакала.

– Это я от счастья. Я тебя, Вася, тоже очень люблю. И буду тебе верной и преданной женой.

Коньков Василий хлестнул вожжами по кобыле.