Глубокая память (сборник)

Наташа посмотрела на Лену и совсем другим тоном (видимо, любопытство победило в ней гнев) спросила:

– Кто он?

Лена, явно обрадованная спокойствием подруги, сразу же ответила:

– Сафиуллин Михаил Робертович…

– Сафиуллин?! – взвизгнула Наташа.

– Д-да, – вздрогнув, подтвердила Лена.

– Биохимик? Основоположник химии парапсихологически активных веществ? Человек, синтезировавший DDNC и предложивший пять способов биохимического пробуждения телепатии?

– Да, – ответил уже Сафиуллин. – А откуда Вы об этом знаете? Я же ещё не опубликовал способы…

Тут глаза снова застелило кладбище, которое казалось теперь таким чётким, точно он сам стоял перед серым треснувшим надгробным камнем.

– Я… я умер? – тихо спросил Сафиуллин, когда видение растаяло. – Какой сейчас год?

– 2126-ой, – сочувственно ответила Лена. – Вы умерли шестьдесят лет назад.

Наверное, у него был ужасный вид, потому что Наташа испуганно подтолкнула под него стул, в который он бессильно свалился.

– А кто же этот бедный мальчик? – спросил Сафиуллин, смотря на свои раскрытые ладони.

– Это Ваш прапраправнук Роман Ерёмин, – ответила Лена.

Сафиуллин устало закрыл глаза. Голова и так казалась жутко тяжёлой, а тут ещё и этот бред сумасшедшего. Вдруг в памяти что-то промелькнуло.

– Вы Лена, – сказал он, посмотрев на Лену. – А Вы… – Он перевёл взгляд на Наташу. – Вы Наташа, верно?

– Вы… помните? – изумилась Лена.

– Видимо, к некоторым Роминым воспоминаниям Вы всё же имеете доступ, – медленно промолвила Наташа, уставившись на Сафиуллина невидящим взглядом. Но через секунду она уже очнулась. – Я и не знала, что Рома Ваш потомок. Наверное, он и сам не знает об этом. Почему у него другая фамилия?

– Моя дочь вышла замуж и взяла фамилию мужа, – ответил Сафиуллин. – Так, наверно, и прервался наш род по мужской линии. Теперь, стало быть, все мои потомки носят фамилию этого бездарного музыкантишки, мужа моей дочери Константина Ерёмина… Вы мне, кстати, так и не объяснили, что со мной.

– Вам объяснить будет гораздо легче, чем кому-либо, – обрадовалась Наташа. – Помните Вашу работу «Молекулярная память»? В ней Вы пытались доказать существование генетической памяти.

– Да-да, конечно, – оживился Сафиуллин. – Я в молодости занимался генетической памятью, но так и не преуспел в этом направлении и бросил, засекретив свои разработки.