Последний репортаж

Антон указывает на подобное сходство каждый раз, когда усаживается за стол, и для большей реалистичности делает вид, что берет в руку воображаемую трубку переговорного устройства.

– Алло, Юля, как ты? – говорит он, подражая американским актерам.

А я в ответ всегда подыгрываю…

– Хорошо, – отвечаю я, – сегодня в тюрьме макароны дают. – И мы каждый раз над этим смеемся.

Такие обстоятельства нас ничуть не смущают, напротив, это превратилось в традиционный повод для шуток над нашим положением, а в современном мире без самоиронии никак.

– Ужин подан! – торжественно провозгласила я, указывая на расставленные блюда.

– Довольно богатый стол по современным меркам, – констатировала Настя.

К слову, они тоже не бедствуют, вместе работают на продуктовом складе, поэтому у них всегда есть еда, чего нельзя сказать о большинстве других жителей нашего города.

Настя познакомилась с Антоном еще задолго до того, как все случилось. Поначалу он мне не нравился: невысокого роста, кудрявые волосы, высокий лоб и тонкие губы. Зарабатывал он на тот момент тоже копейки, так что Насте приходилось всегда занимать деньги у своих родителей. Зато она всегда вызывала у меня зависть: длинные стройные ноги, гладкая кожа, правильные черты лица и слегка вздернутый носик – стандартный объект обожания любого мужчины.

– Это все необходимо! – ответил Антон на затронутый мной вопрос о мерах, принимаемых для борьбы с вирусом. – Нужно просто затянуть пояса, рано или поздно все закончится, – добавил он, подливая себе вина в бокал.

– А если не закончится, – возразила я, – мы так и будем всю оставшуюся жизнь с затянутыми поясами ходить?

– Не так уж мы и плохо живем, – ответил он с прежней безмятежностью, смакуя вино из наполненного им бокала.

– А как насчет остальных, ведь не всем так повезло, как тебе! – огрызнулась я, понимая, что в конце сказала лишнего, намекая на то, что он попал на оптовую базу благодаря своему отцу, что, впрочем, так и было.

– Ну-у-у, знаешь ли, я немало труда приложил, чтобы иметь эту возможность! – с уязвленным видом произнес он в попытке скрыть свою обиду.