Антиполицай

 – Да ты ничего мне о документах не говорил! Ты же просто просил кончить мужика, и я сделала своё дело.

Лена негодовала. «Сволочь, – думала она о Борисе, – решил кинуть меня. Не хочет платить за работу, выворачивается как уж».

– Спокойно, спокойно, – снова рисуя на лице благодушие, заговорил Борис. Всё нормально. Ты умница. Ладно, – махнул он рукой и, как бы рассуждая сам с собой, продолжил в пространство. – Собственно, теперь эти документы и не играют уж особой роли. Остальное я всё сделаю сам.

Плеснув Лене ещё виски, Борис спросил:

– А где таблетки?

– Какие? А, таблетки… Там, – Лена махнула рукой в сторону прихожей.

– Где там? – испуганно переспросил Борис.

– В кармане.

Борис вскочил и кинулся в прихожую. Через минуту он вернулся в комнату с побледневшим искажённым злобой лицом.

– Ты потеряла их! – кинулся он на девушку. Лена испуганно захлопала глазами.

– Что, правда, что ли нет?

Она вдруг пожалела, что поленилась сама сходить в прихожую. Наверное, Борис вынул упаковку с таблетками, а перед ней разыгрывает спектакль, только, чтоб ей не платить.

– Иди, посмотри сама!

– Борь, да ты шутишь?

Девушка встала с кресла, а руки сами начали поиск, полезли в карманы брюк.

– Да вот они! – обрадовалась девушка, доставая из кармана брюк упаковку таблеток.

– Дай сюда! – Борис почти выхватил из рук девушки упаковку. – Здесь не хватает двух!

– Как?

– Их было четыре, а осталось две!

– Правильно, я ж дала этому…

– Дала одну, а не хватает двух, – сбросив все маски, злобно наступал Борис.

– Но одна у меня выпала. Выпала из его руки, – соврала Лена, уже давно придумавшая, как будет оправдываться. – Прямо в метро. Не буду ж я её поднимать с пола.

– Дура, не могла аккуратней!

– Он уронил, а не я! Это у него руки были как крюки, у твоего фуфло. Ты бы лучше спросил, как я вообще уговорила принять его эту дрянь. – И Лена начала импровизировать, мешая ложь с правдой. – «Спасибо, – говорит, – Леночка, я не люблю это». А я ему стала внушать, что коньяк имеет крепкий запах, и если Борис Аркадьевич учует его, он может отругать меня.

– А говоришь, он уронил.

– Да, одну уронил, я ему скорее другую. Ты бы, Боренька, сам это попробовал.