Озорнуха. Роман о воспитанниках детдома

Хотя во многих случаях их признания она подвергала жестокому осмеянию и рвала записки, поскольку рядом с ней шагал Ивашечкин, который всякий раз вспыхивал, упрекая девушку в нелепом озорстве, а её поклонники по-боксёрски были после нокаутированы. Его бесило то, что эти пижоны от неё не отставали даже при нём…

Что же касалось Дианы, то когда рядом не было Поля, ей ничего не стоило вдоволь пококетничать, выслушать очередного воздыхателя, озорно посмеяться, а потом выпалить:

– Ха-ха! Опоздал, мой дорогой, Ромео, я уже скоро замуж выйду!

– Ты? Не шути! – тот в оторопи и в растерянности округливал глаза.

– Да, да, я не шучу. Так что лети пёрышком дальше, ха-ха! – Диана ловко отклонялась назад, спина при этом её то выгибалась, то тут же выпрямлялась.

– А ты ещё школу не закончила, – нашёлся парень, который был рослый, как и она, и превосходил внешностью самого Поля.

– Ничего, я беременна, меня с ним распишут… – смело отвечала, и смеялась глазами и губами, получая от этого удовольствие.

– И за кого, не за того ли, фулюгана, от которого вся школа стонет? – небрежно выкрикивал парень.

– Зато от тебя не стонет, и что в этом хорошего?!

– Вот ты какая, а я и не знал. Прав наш классный руководитель, когда сказал, что красивые девушки любят фулюганов…

– Ты бы книжки почитал, чтобы правильно слова произносить.

– А я так нарочно… и что ты в нём нашла?

– Тебе этого никогда не узнать, мой, Ромео!

– Но какая из тебя Джульетта, если… с этим гуляешь? – усмехнулся он.

– Давай мне не указывай, я пошла, а ты забудь ко мне дорогу.

И вот так всем другим своим поклонникам она не оставляла никакой надежды, разве что иногда тешила своё самолюбие желанием воочию услышать неуклюжее признание своего нового воздыхателя. А если подобные выходки Дианы доходили до Ипполита, естественно, он не молчал, грозясь кого-нибудь отшить от неё навсегда.

– Поль, что ты злишься, мне все ухажеры абсолютно безразличны. Просто потешно было выслушивать тот вздор, какой они порой несут.

– Ничего подобного, когда ты с ним точила лясы, твоя макушка светилась как солнце. Я когда-нибудь точно кого-то приколю! – свирепо как-то выпалил Поль.

– А ты что подсматривал? Ой, милый Поль, как это некрасиво.

– Не думай, у меня друзей сколь хошь… не укроешься от меня… и зубки мне не скаль…

– Ну, кто так говорит, Поль, ты же не в деревне рос? – улыбнулась многозначительно она.

– А ты мне зубы не заговаривай. Я этого не люблю, это ты хорошо запомни.