Точка возврата. Рассказы

Икарус – для тех, кто не жил при Советском Союзе, это слово ничего не значит. А тогда это было «у-у», что то с большой буквы.

Икарус единственный автобус на пространстве Советского Союза, чьи параметры, как и внешний вид, были близки к западным автобусам. Изготавливался в Венгрии и шел на экспорт, в СССР. В городах, на заполненных народом остановках, он возвышался как крейсер и как ледокол шел, в густых потоках масс транспорта и людей. Автобусы советских моделей проигрывали ему по всем статьям. Самые близкие по параметрам (и единственными конкурентами) были автобус ЛАЗ (Львовский автозавод) и ЛиАЗ (с города Липецка).

И вот, вспоминая ощущения детства, – поезди в Икарусе, это было что-то…

Сейчас Икарусов на городских маршрутах практически не осталось. ЛиАЗы еще ползают чиненые – перечиненные, ЛАЗы коптят потихоньку, ну и конечно ПАЗики. Но вся эта братия доживает последние свои деньки. И садясь в навороченные современные автобусы, в их стерильную красоту, и беззвучие мы потом как-нибудь вспомним об ушедших старичках прошедшей авто эпохи…

А в данный момент под звуки СИМФОНИИ СТАРОГО АВТОБУСА, я подъехал, наконец-то, к своему дому.

На балу

Графу Толстому Льву Николаевичу,

настоящему русскому писателю посвящается

– Граф, а это правда, что про вас говорят?

– А, что про меня говорят?

– Ну, что вы очень темпераментный мужчина.

– Про меня такое говорят? Сударыня, я право польщен, – граф Лев Николаевич щелкнул каблуками по стойке смирно. Золотые эполеты парадного мундира участника Севастопольской войны весело блеснули.

– Ну, полноте граф, так наши дамы говорят. А они знают в этом толк, – собеседница графа, великосветская львица, двадцати пяти лет, Марина Александровна, дочь того самого Павла Ивановича, который градоначальник… и при дворе… и «прочая, прочая»; кокетливо прикрываясь веером, оглядела фигуру графа:

Тридцатилетний мужчина в парадной, форме младшего лейтенанта, не блистал особенной красотой.

«Хотя, по мне: все эти салонные мальчики, мне так надоели. А про графа говорят, что он еще, о-го-го какой удалец», – мысли мелькнули в голове, а тем временем губы сами произносили слова:

– В самом деле, Лев Николаевич, еще про вас говорят, вы рассказы пишете, печатаетесь? Это так интересно.

– Да вот как-то пришло само по себе.