Детская комната

Но ответ пришел раньше.

– Сорок восемь рублей, – объявил Кузьма.

– Ага! И тридцать копеек! – недоверчиво усмехнулся Панфилов.

– Не тридцать, а семь, – уточнил подросток. – Просто я округлил. Думал, вас копейки не интересуют.

Глушенкова проверила подсчет юного математика на калькуляторе и удивилась.

– А ведь верно: сорок восемь рублей семь копеек, – сказала она. – А давай еще в делении поупражняемся?

– Легко…

– Сколько будет три тысячи пятьсот поделить на семьдесят девять?

– Сорок четыре целых и три десятых, – почти тут же ответил Кузьма.

– А семь тысяч триста на девяносто два?

– Семьдесят девять целых и тридцать четыре сотых.

– А в умножении ты так же силен? – спросил Панфилов, забирая у Валентины калькулятор.

– Умножать у меня получается еще лучше, – похвастался Кузьма.

– Сейчас проверим…

В течение получаса мальчик демонстрировал свое мастерство двум взрослым милиционерам. Иногда ошибался, но ненамного. В конце представления Панфилов заявил:

– С тобой, парень, хорошо в казино играть! Как ты это делаешь?

Подросток пожал плечами.

– Тебе бы в спецшколу с математическим уклоном! – сказала Глушенкова. – Твои родители об этом не думали?

– Нет… Роза Дмитриевна, училка по математике, в прошлом году куда-то звонила, но ей там сказали, что теперь у них только платное обучение.

– Значит, родители не могут платить за твое обучение?

– У меня одна мать. А отчим – жлоб, за копейку удавится!

После этих слов для Глушенковой многое прояснилось.

– Скажи, Кузьма, отчим к тебе плохо относится, да? Из-за него ты и убежал из дому? – спросила она.

Подросток ничего не ответил, но на глаза навернулись слезы.

– Ты не бойся. Я тебе обязательно помогу…

Говоря так, Глушенкова ничуть не лукавила. Она вправду хотела помочь, хотела и могла, иначе она не считалась бы одной из лучших в своей профессии. Но чтобы помочь, следовало досконально разобраться в причинах побега. И немедленно.

Валентина выразительно посмотрела на Анатолия, и тот тут же вышел.

– Вот что, Кузьма, садись-ка поближе, – сказала Глушенкова и достала из стола пакетик с соленым печеньем. – Будем пить чай и говорить по душам. Крекеры, надеюсь, любишь?

Червяки

Команда «отбой» прозвучала почти три часа назад, но Кузьма не спал. Все его прежние «исчезновения» редко длились более суток. Впервые в жизни Кузьма проводил время так долго вне домашних стен, да и в приемнике-распределителе тоже очутился впервые. Впечатлений была масса.