Детская комната

– Так почему же ты здесь? – удивился Панфилов.

– У меня на девять была назначена встреча. Я так думала…

– А с кем?

– С родителями одного мальчика…

– Случайно, не юного ли математика?

– Его самого, – Глушенкова тяжело вздохнула. – Не понимаю, почему их нет до сих пор. Я вчера позвонила участковому в Тумботино и сообщила, что мальчик нашелся и его можно забрать сегодня в девять. Тот, кстати, сильно удивился. Оказалось, никто не заявлял о пропаже.

– Не повезло парню, – вздохнул и Панфилов.

– Нет, но, как сказал участковый, сложные…

– А может, он просто забыл сообщить или время перепутал?

– В том-то и дело, что не забыл и не перепутал. Я недавно звонила, проверяла.

– Празднуют, наверное, – предположил Анатолий. – А чего ты так волнуешься? Ну, посидит твой математик пару дней в распределителе. Ничего с ним не случится.

– Понимаешь, Толя, я ему слово дала, что завтра… то есть уже сегодня, он будет на свободе. А еще я обещала разобраться с его излишне активным отчимом.

– Что, бьет парня?

– Причем регулярно! – Глушенкова стиснула кулаки. – Но ничего, у меня к таким бойцам подход имеется!

Тут в дверь робко постучали.

– Войдите, – сказала Валентина.

В кабинет зашла женщина неопределенного возраста в старом, но хорошо сохранившемся цигейковом полушубке, шали и ботах «прощай, молодость».

– Я по поводу сына… Кузяева Кузьмы, – сказала она.

– Раздевайтесь, проходите, садитесь…

Пока гостья снимала верхнюю одежду и располагала ее на вешалке, Панфилов тихо удалился.

– А где ваш муж? – спросила Валентина. – Я же просила приехать с ним.

– Федя немного приболел. У него легкие очень слабые.

«Зато руки слишком даже сильные! – подумала Валентина. – Хотя, на что я надеялась? Все эти кухонные бойцы смелы только с беззащитными. А как только на горизонте замаячит милиция, они либо отбывают в важные командировки, либо заболевают».

– А когда у вашего Федора закончится больничный? – спросила Глушенкова.

– Больничный?.. – Женщина растерялась. – Так ведь не брал он больничный-то. Дома хворает. Травами лечится и горчичниками.

Но Глушенкова и не думала отступать.

– Значит, через пару дней он сможет ко мне приехать? – спросила она.

– Наверное…

– Вот и замечательно. – Валентина достала из стола казенный бланк. – На всякий случай, чтобы ваш муж не запамятовал, я выпишу ему повестку, а вы передадите.