Позывной Волк

О, если бы он умел ей пользоваться! Нет, все, что он мог вынести из этих нечистот, была вовсе не практическая выгода, а внутренний всепоглощающий ужас от осознания, что в каждом ангеле рядом – двойное, даже тройное дно и игра на уровне высшего пилотажа смертных.

«Может и не нужны такие ангелы-хранители вовсе?» – крамольная мысль тупо ткнулась в виски, а перед глазами в мареве нектара встало вдруг лицо Катьки. Совенок. Он так звал ее в приступах умиления – те короткие пять минут, пока девчонка сидела на краешке кровати, поджимая пальцы на ногах от холода нетопленной квартиры и тыкаясь носом в смартфон, пять минут, пока еще нет никакого локального ахтунга в ее жизни, а память не проснулась настолько, чтобы выдать наиболее горькое из вчерашней оперативки.

Растрепанное чудо с синими глазищами и магнитом в пятой точке тела на неприятности.

Комок подкатил к горлу. Вирт разливался тоскливой кукушкой, что мол у тебя, Адриэль, всего одна проблемная «цыпочка», а у них с братом по четыре уголовника, а пятые – идейный инженер и художник-самоучка, и что хуже – еще неизвестно.

Хотя бы этих малохольных списать, с уголовниками хоть разобраться можно, а эти двое своими печалями запороли всю статистику, премии нет третий квартал, и вот крыло на отсечение – кто-то таких непутевых подсовывает оттуда, сверху.

Адриэль скрипнул зубами. Правы были братья, не вытянуть им таких ненормальных, которым все условия для хорошей жизни организовали, а им метания духа подавай. Мазохисты. Но и списывать вот так, потому что мы слабаки – стыдно.

Им не повезло, нам не повезло. Был бы ангел получше…

– В общем, Адр, выбирай – подытожил Нарук, опасно засовывая руку за пазуху, где явно была не плоть, а металл.

Вдох-выдох. Идея, пришедшая в голову, была бредовой, но Адриэль хватался за нее, как ополовник за хрупкую рябиновую веточку. Он даже глаза зажмурил и вскинул руки, останавливая порыв братьев. Минуту, раздери вас на подушки, одну минуту! Дайте мне просчитать все слабые места в этой цепочке ангельских подстав…

– Из-за туч выглянуло солнце и огрело кукушонка, – радостно провозгласил Адриэль, открывая глаза.

 – Вольному воля, спасенному – что? Пра-авильно. Рай. Вот мы наших кукушат и спихнем тому, кто от них отказаться не сможет.

После получасовых объяснений – новые мысли в головах Вирта и Нарука всегда пробивали дорогу через тернии к звездам, – три кружки с нектаром глухо чокнулись и опрокинулись до дна.

Адриэль вышел в ночь под сигнал отбоя. Спали все.