Любовь среднего возраста

– Подчеркиваешь расхожее мнение о соперничестве двух столиц. Но я не коренной питерец и не москвич. Я родился в провинциальном Воронеже. Но, прошу заметить, что именно Воронеж является колыбелью военного флота России и когда-то там жил сам батюшка Петр I. Он самолично руководил строительством первых галер, которые впоследствии приняли участие в морских баталиях под Азовом. А знаешь, сколько знаменитых и умных людей вскормила земля воронежская? Ты когда-нибудь была в Воронеже? Нет! Вот когда мы приедем в мой родной город, я покажу тебе дом, где жил знаменитый художник Николай Николаевич Ге и много интересных мест.

– А мы что, уже едем в Воронеж? Сегодня или подождем до завтра?

– Нет. Сегодня не поедем, а завтра я улетаю на другой край нашей матушки России, в Совгавань. Но мы непременно съездим ко мне домой, на родину. Я тебе покажу улочки, по которым бегал босиком, и школу, где учился, познакомлю со своими друзьями и одноклассниками. Конечно, если ты согласишься. Чего ты смеешься, чего смеешься?!

– А ты посмотри на себя! Расхорохорился, как мальчишка! – Нина повернула его лицом к зеркальной витрине магазина, мимо которого они проходили.

И они оба расхохотались громко и звонко, как в юности.

Глава 7

Промелькнуло жаркое лето, отшуршала осень яркой листвой и настала пора красавицы Зимы-Зимушки. Пора-то настала, да Зимушка не торопится, не спешит порадовать белоснежными снегами да замысловатыми узорами изморози на оконцах.

Оголилась Земля, сбросила с себя зелено-цветное одеяние.

Устала за лето цвести, плодить и радовать. Ждет не дождется, когда ее укутают в белоснежное пушистое покрывало, чтобы уснуть и отдохнуть от трудов праведных да весны. А весной вновь ожить и еще краше расцвести, и одарить людей щедрыми плодами.

В скверах, аллейках оголились, почернели кусты и деревья. Кажется, недавно принаряженные в пестрые одежки, кружились в буйном танце под флейту осеннего ветра, но потеряли бдительность и не заметили, как хулиган-ветрюган раздел догола и теперь гнет и ломает их голые неприкрытые тела.

Стонут, тоскуют, стучат костлявыми ветками, кряхтят и охают по ночам, ждут, когда, на им плечи накинут белый пуховый шарф.

А черные вороны нахохлились, расселись на ветках, лишь изредка с диким карканьем одна из стаи взлетит, сделает круг и вновь усядется на прежнее место, уткнув нос под крыло.

Где же ты заблудилась, Зимушка-Зима?

– Ниночка, ты еще не ушла? Все уже разбежались.

– Видишь, какие горы разобрать надобно.