Любовь среднего возраста

Почему так хорошо и спокойно на душе после этой случайной встречи, почему ему вдруг захотелось увидеть её еще раз, и почему он так лихо соврал ей про билеты. Вспомнив про театр, он тут же набрал номер своего давнишнего друга.

– Привет, Валера. Как жизнь? – начал он разговор издалека. Расспросил о жене, о детях и внуках и только после такого длинного вступления попросил, – Слушай, мне помощь нужна. Не мог бы ты, по старой памяти, два билетика в Михайловский на завтрашний вечер достать?

– Для тебя лично или для кого-то? – тут же проявил любопытство друг.

– Для меня, для меня, конечно. И желательно места поприличней.

– А моей ложей воспользоваться не желаешь?

– Если только твоя морда в ней не появиться.

– Боишься соперника? К сожалению, не появлюсь. У моей тещи завтра юбилей, и мы сегодня улетаем в Прагу. Но обещай, что ты меня познакомишь со своей пассией. Молоденькая, небось, красавица.

– Тебе бы все молоденьких охмурять. Очнись, мореман, нам уже не двадцать.

– Э, чем вино старше, тем больше бодрит. Так, я уже созвонился. Посылай гонца в театр, пусть скажет, что от меня.

– Добро. Я твой должник. Привет, Марии Тимофеевне и пожелание еще многие-многие лета.

– Принято.

Машина остановилась у здания.

– Успели, – водитель довольный, что не подвел шефа, открыл дверцу.

– Спасибо, Миша. Я и не сомневался. У меня просьба к тебе.

– Слышал. Пишите фамилию от кого представляться. Пока вы совещаетесь, я съезжу в театр.

Четкой походкой Виктор Александрович вошел в холл.

Глава 3

Ночь окутала их мягким покрывалом сумрака, едва они вышли из здания. За спиной остался театр с фейерверком огней, торжествующе-нежной лирикой мелодий и шквалом рукоплесканий. Мимо, шурша шинами, проезжали машины. Публика разъезжалась по своим домам. Театральная площадь постепенно пустела.

Нине не хотелось расставаться и потому на предложение спутника поужинать в кафе и прогуляться по ночному городу, она ответила согласием.

Мужчина тоже не спешил прервать молчание. Весь вечер он внимательно наблюдал за своей спутницей, любуясь ее четким профилем, тонкими чертами лица, на котором отображались все эмоции и воспринимаемые чувства.