Прыжок

– Да пока я в толчке был, услышал случайно, как один из ваших дружков в полицию звонил. Скажи спасибо моему организму, что предчувствует подобные ситуации.

Андрей все еще не мог прийти в себя и оседал на лавке, как пыль, непонимающе уставившись в одинокое дерево напротив. Кто мог сдать? Кто? Он ведь доверял им всем!

– Меня, кстати, Гриша зовут, – насмешливо сказал незнакомец.

– Андрей, – сурово промычал Зубов.

– А ты московский что ли?

Зубов почесал голову и зевнул.

– Ты как узнал?

– Паспорт твой видел.

 – Оба помолчали с минуту. К Зубову по кусочкам стало возвращаться сознание. – Что тебя сюда занесло, дружище Андрей?

Наконец сложилась цельная картинка в голове, разум протрезвел и стало легче дышать на морозном воздухе.

– А почему это ты решил вывести только меня, а? – проговорил Зубов, не отвечая на вопрос.

– Считай, что захотел спасти москвича в обмен на прописку, – серьезным тоном ответил Гриша. Андрей пробуравил его окосевшим взглядом, и тот рассмеялся. – Да шучу я. Просто ты показался мне адекватным человеком, который слегка потерялся.

Остальных сколько ни вытаскивай – им уже ничто не поможет, увы. Горбатого могила исправит. Ну, или тюрьма.

– Да они же мои друзья! – возмущенно вскричал Андрей, вскочив с лавки.

– Во-первых, сядь и не отсвечивай, тут повсюду могут менты бродить, – невозмутимо сказал Гриша, и Зубов, неосознанно повинуясь его голосу, уселся обратно. – Во-вторых, замечательная дружба: один у другого ворует. Да не надо на меня так глаза таращить! Один из твоих закадычных друзей стащил кошелек из твоей сумки.

 – Зубов испуганно стал копошиться в карманах. – Успокойся, я ему вдарил как следует и положил все обратно. Откуда, по-твоему, я паспорт твой видел?

– Резонно.

– Кстати, чтоб тебе не было обидно, могу тоже официально представиться: Фридман Григорий Михайлович. Прошу любить и очень жаловать.

– Иностранец что ли?

– Я в любом городе иностранец, – насмешливо ответил Фридман. – Но вообще родился и вырос под Смоленском. Сейчас живу в Москве.

Зубов удивленно вскинул брови.

– И зачем вернулся? Что, в Москве с наркотиками сложнее? – засмеялся он и закашлялся. Фридман грустно улыбнулся и постучал ему по спине.

– Моя девушка погибла, – ответил он спустя минуту. Зубов снова едва не поперхнулся.

– А я ржу, как дебил! – воскликнул он. – Прости. Мне жаль.

– Ничего, дерьмо случается. После похорон некуда было пойти. Не к родителям же, вообще крыша бы съехала. Вот пришел, а тут ты.