Танго старой гвардии

Ни тонувший во мраке перекресток, ни угрюмая кирпичная дорожка, уходящая во тьму между стеной и приподнятым над землей бетонным и железным зданием станции, не произвели на нее особого впечатления. А вот Армандо де Троэйе, в синем саржевом костюме, в шляпе и с тростью, озирался не без тревоги. Было вполне очевидно, что действительность сильно превосходит его ожидания.

– Вы в самом деле хорошо знаете это место, Макс?

– Ну еще бы. Я родился в трех кварталах отсюда. На улице Виэйтес.

– В трех кварталах?.

Макс склонился к открытому окну лимузина, что-то втолковывая шоферу – плотному, молчаливому итальянцу с гладко выбритыми щеками и черными волосами, выбивавшимися из-под форменной фуражки. В «Паласе», когда де Троэйе заказывал лимузин, его отрекомендовали как опытного водителя и вполне надежного человека. Чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, Макс не хотел оставлять машину у самого входа в заведение, куда они направлялись.

– Пистолет или револьвер?

– Пистолет, – сухо ответил тот.

Макс улыбнулся:

– Как вас зовут?

– Петросси.

– Сожалею, Петросси, но вам придется нас подождать. Часа два, не больше.

Любезность, как известно, стоит дешево, а ценится дорого: учтивость – инвестиция в будущее. Ночью, да еще в таком месте, крепкий и к тому же еще вооруженный итальянец будет совсем нелишним. Подстраховаться никогда не помешает. Макс дождался, когда шофер, не теряя профессионального безразличия, снова кивнет, но все же заметил в свете фонаря быстрый благодарный взгляд. Он положил ему руку на плечо, дружелюбно похлопал и пошел догонять супругов.

– Мы и не знали, что вы здешний, – сказал композитор.

– Повода не было.

– И прожили здесь до самого отъезда в Испанию?

Де Троэйе был непривычно говорлив, – без сомнения, так он пытался замаскировать свое беспокойство, сквозившее тем не менее в каждом жесте и слове. Меча Инсунса шла рядом, между ним и Максом, держа мужа под руку. Шла молча, все замечая, но не произнося ни звука, – только постукивали ее каблуки по кирпичной дорожке.