Будде моих миров. Стихотворения

Знаешь, я полюбил тебя так, что, похоже,

останусь

На земле, где мы вместе когда-то бродили

живыми —

Я и ты. Это палые листья парят,

не касаясь,

Это капли дождя, а не слёзы,

небесные слёзы.

Пепел

Растаешь, как снег на ветвях.

Небо войдёт в тебя.

Молчание и синева.

Пепел от снега почти неотличим этой весной.

Я иду аллеей, плывущей никуда.

Этот сон, листьев звон медью стен,

Я совершенно спокоен.

Новый день, светотень, полубред,

Но боли нет.

Я – король, я жду прилива

У моря, над ним звезда была.

Море выпьет всю обиду,

И не разлетится мир.

Море выпьет всю обиду,

И не разлетится

В гомоне галактик

Грешный и наивный мир.

Это как радиомаяки —

Тот, который рядом, и тот, который там.

В море падает дождь или снег,

И тени нет.

Снег ночной над гулким морем.

Ты вспомнишь, как в жизни до тебя

Ты вдыхал чужие звёзды —

И не повторится миг.

Ты ловил на небе звёзды.

В море отразились

Небеса ночные,

А тебе и что с того.

Поймаешь себя на мелодии,

В разных воплощеньях, что он напел тебе.

Что с того, что войдёшь или нет

Ты в новый снег.

Или кто-нибудь, такой похожий,

Но только уже совсем не ты,

Пеплом белым растворится:

Мелодия продлится,

И прилив начнётся,

Только не вернёшься ты.

И не разлетится

В гомоне галактик

Грешный и наивный мир.

Может быть, в этот миг

Эхо, оставив берег реки,

Летит над водой в тишине.

«В пять утра, когда наша казарма спала…»

В пять утра, когда наша казарма спала,

Полоумный дневальный пошёл покурить в туалет.

Он увидел сквозь марево льда и стекла —

Почему-то светает, и вида привычного нет.

Он окно продышал и увидел тогда:

Территория части исчезла, и нету следа,

Только лёд метров двести, а дальше вода

Океана, а дальше восходит седая звезда.

Не Солнце, а звезда!

Звезда.

Спи, тебе во сне темно.

Спи, пускай в твоё окно

Светит солнце неземное,

Воду леденит оно.

Скоро всё приметишь сам,

Дашь названье небесам,

Только им не надо этого,

А это нужно только нам.

Дома – нет, океаны порожних миров

Ненамеренно нам выделяют чужие места.

Там чужие восходы, там роза ветров,

А она, как земная, печальна, свежа и чиста.

Вот казарма земных иль небесных солдат,

В неприкаянном сне незаметно уходит стройбат

В Альтаир.

И сияет планета, несущая нас

На воде в этот ранний, освеченный холодом, час.