Кожа для барабана

– Ну?

– На свете полным-полно церквей, где есть проблемы, в том числе и чреватые скандалами. Почему же речь зашла именно об этой? Что в ней такого особенного?

Архиепископ метнул взгляд на спину кардинала Ивашкевича, но инквизитор молчал. Монсеньор Спада чуть наклонился над лежавшими на столе папками, как будто пытаясь высмотреть в них ответ на заданный вопрос.

– Полагаю, – произнес он наконец, – что этот хакер изрядно потрудился и его святейшество сумел оценить его усилия.

– Оценить – это уж слишком, – бесстрастно донеслось из оконной ниши.

Монсеньор Спада пожал плечами:

– Тогда скажем так: его святейшество решил удостоить его личным вниманием.

– Несмотря на его дерзость и наглость, – снова прозвучало со стороны окна.

– Несмотря на все это, – заключил архиепископ, – по каким-то личным причинам сие послание, оказавшееся в его личном компьютере, пробудило его любопытство, и он хочет быть в курсе событий.

– Быть в курсе событий, – повторил Куарт.

– Именно так.

– По приезде в Севилью должен ли я посвящать в дело также местное церковное руководство?

Кардинал Ивашкевич повернулся к нему:

– Единственным руководителем в этом деле для вас является монсеньор Спада.

В этот момент наконец дали ток, и большая люстра на потолке осветила комнату, заставив сверкнуть бриллиантовый крест на груди поляка и перстень на руке, которой тот указывал на директора ИВД:

– Вы будете информировать его. И только его.

Электрический свет немного смягчал угловатые черты его лица, однако упрямая линия тонких твердых губ даже теперь не стала выглядеть менее жесткой.

Эти губы никогда не целовали ничего, кроме крестов, пастырских перстней, камня и металла.

Куарт утвердительно кивнул:

– Только его, ваше высокопреосвященство. Но ведь севильская епархия имеет своего главу – архиепископа. Каковы будут указания на этот счет?

Ивашкевич сплел пальцы рук под золотым наперсным крестом и принялся рассматривать ногти больших пальцев:

– Все мы братья во Христе, Господе нашем.

Так что желательны нормальные, спокойные отношения и даже сотрудничество. Но повиновение не вменяется вам в обязанность. Мадридская нунциатура и местное архиепископство уже получили надлежащие инструкции.

Прежде чем ответить кардиналу, Куарт повернулся к монсеньору Спаде:

– Возможно, вашему высокопреосвященству неизвестно, что я не пользуюсь симпатией со стороны архиепископа Севильского…

Это была правда.