Фламандская доска

– Ну еще бы!

Сифуэнтес, довольный, повернулся к Хулии:

– Вам бы следовало зайти сюда как-нибудь в субботу, поближе к вечеру. – Он гордо огляделся вокруг, как мать-наседка, делающая ревизию своему подросшему потомству. – Сегодня-то у нас обычный день: любители, после работы заглянувшие поиграть до ужина, пенсионеры, которые сидят за доской с утра до вечера. Обстановка, как видите, весьма приятная. Весьма…

– Положительная, – подсказала Хулия, несколько неожиданно даже для самой себя. Однако Сифуэнтесу это явно пришлось по душе.

– Вот-вот, положительная. И как вы можете убедиться, к нам приходит много молодежи… Вон тот, видите? Это просто какой-то феномен: ему всего девятнадцать, а он уже написал работу на сто страниц, посвященную анализу одного из сложных вариантов дебюта Нимцоиндия[12 - В России дебют известен под названием «Защита Нимцовича». – Примеч. ред.].

– Да что вы говорите! Это же надо: Нимцоиндия… Это звучит… – Хулия отчаянно искала подходящее слово, – это звучит… капитально.

– Ну не то чтобы капитально, – скромно признал Сифуэнтес, – но это и правда достаточно важный раздел шахматной теории.

Взгляд Хулии, брошенный на Сесара, молил о помощи, но антиквар только поднял бровь с выражением вежливого интереса к их диалогу. Он стоял, заложив за спину руки с тростью и шляпой, и слушал, чуть наклонясь в сторону Сифуэнтеса. Похоже, происходящее забавляло его необычайно.

– Да и я сам, – продолжал Сифуэнтес, ткнув пальцем себе в грудь на уровне первой пуговицы жилета, – несколько лет назад тоже внес свою скромную лепту…

– Что вы говорите! – вставил Сесар, и Хулия взглянула на него с беспокойством.

– Да, да. – Директор шахматного общества привычно изобразил на лице скромную улыбку. – Субвариант системы двух коней в защите Каро-Канн… Вариант Сифуэнтеса. – Он с надеждой посмотрел на Сесара. – Может, вам приходилось слышать…

– Безусловно, – с полным самообладанием ответил антиквар.

Сифуэнтес благодарно улыбнулся ему.

– Поверьте, я отнюдь не преувеличиваю, говоря, что в нашем клубе – или обществе любителей шахмат, как я предпочитаю называть его, – встречаются сильнейшие шахматисты Мадрида, а может быть, и всей Испании… – Он прервал сам себя, словно вдруг вспомнив о чем-то.

Хулия и Сесар последовали за ним вглубь одного из залов, к самым задним столам.