Дочки-матери. Пьеса

Дядь, а Мария, дочка Матрены

В а с и л и й (вдруг резко поднимается со скамьи, но не может сделать и шага, как вкопанный стоит и часто моргает влажными глазами, будто в них попал песок). Матерь Божья! Это же надо такому случиться? (Хрипло). Дочь Матрены! Кто бы сказал, что у меня в гостях будет дочка моей любимой, никогда бы не поверил! (Трогает свою небритую бороду, трет ее пальцами и грустно). А ведь она могла бы быть и моей дочерью! Надо же так, а ну, надо? (Идет к двери, затем медленно поворачивается к девушкам).

Дом на пасеке погружается во тьму. Двор набирает свет.

Василий сидит на крыльце.

Воспоминания о Матрене заставили его глубоко задуматься. Отвлекает его неожиданный треск пересохшего валежника, собаки бросаются на шум. Он идет следом за ними.

Появляется повозка на телеге сидит Семён – друг Василия.

На его голове надета кожаная, черная фуражка козырьком назад, поэтому выглядел он добродушным.

В а с и л и й (оживленно).

Мужчины обнимаются, хлопают друг друга по спине.

Заходят в дом.

Двор погружается во тьму. Дом на пасеке набирает свет.

В доме появляются Василий и Семён.

Нюра сидит на топчане, рядом лежит Мария.

С е м ё н (удивленно смотрит на девушек). У тебя что, гости, Василий?

В а с и л и й. Да гости! (Усмехается). А ты зачем ко мне пожаловал? В гости тебя не дозовешься, неужели вспомнил о друге?

С е м ё н. Я к тебе приехал за медком, дашь?

В и с и л и й.

С е м е н. Василий, ты мне водицы дай лошадку напоить, бедная с утра не пивши!

В а с и л и й. Бери ведро, Семен, там за домом кадушка стоит с водой, сам и набери!

С е м ё н. Добро, Василий, конечно, я сам, спасибо!

(Уходит).

Н ю р а. Дядь Вась, может, ваш знакомый увезет нас в Камышенку, там есть повитуха, она всем помогает!

В а с и л и й. Хорошо, Нюра, я сейчас же поговорю с ним!

(Уходит).

Повитухой была Бородиниха, мать одной из подруг Марии, ей было за шестьдесят лет, вредная, грубая и строгая женщина. Находиться с ней в одном обществе, было неуютно и неприятно.

Мария с детства боялась ее и не любила, к тому же, она была ещё матерью «горбуна», его прозвали горбуном из-за большого горба на всю спину и грудь, он всюду совал свой нос и доносил начальству, в деревне его все боялись и ненавидели.

М а р и я.