Космология Башлачева. Песни Русского Посвященного

Всяк на своем.

То есть она находилась на этом свете, а он уже пребывал на том свете.

Реальность мира логосов Башлачев ощущал почти физически, что и выразил в шутливой форме в песне «Грибоедовский вальс», написанной после визита Кашпировского. Там водовоз Степан Грибоедов, сам решив проверить обман, под действием гипноза превращается в Наполеона, и в результате ощущает себя более живым, чем в реальном мире:

Опалённый горячим азартом,

Он лупил в полковой барабан.

Был неистовым он Бонапартом,

Водовоз Грибоедов Степан.

Пели ядра, и в пламени битвы

Доставалось своим и врагам.

Он плевался словами молитвы

Незнакомым французским богам.

Вернувшись в реальный, «заплеванный» мир, он осознает его ущербность, и решает перейти снова в мир идей:

Он домой возвратился под вечер

И глушил самогон до утра.

Всюду чудился запах картечи

И повсюду кричали «Ура!»

Спохватились о нём только в среду.

Дверь сломали и в хату вошли.

А на них водовоз Грибоедов,

Улыбаясь, глядел из петли.

Таким образом, в средневековом споре между реалистами и номиналистами, Башлачев явно бы выступал на стороне реалистов, утверждавших реальное, а не номинальное существование идей.

Собственно, у Башлачева земная жизнь ассоциировалась с зимою, тогда как духовная и потусторонняя жизнь ассоциировались с весною. В песне «Тесто» он поет:

Когда злая стужа снедужила душу

И люта метель отметелила тело,

Когда опустела казна,

И сны наизнанку, и пах нараспашку —

Да дыши во весь дух и тяни там, где тяжко —

Ворвется в затяжку весна.

Зима жмет земное. Все вести – весною.

Зима жмет земное, стужа снедужила душу, метель отметелила тело, в общем, земная жизнь это там, где тяжко. «Жизнь как истина в черновике». Зимою «ветки колючие обернутся острыми рогатками». Тогда получается, что весна это чистовик, там, где душа дышит во весь дух.

листья воскресения да с весточки – весны.

Чтобы перейти от тьмы ночи и зимы, к свету утра и весны, нужно очнуться. Собственно реальный мир и есть сон, от которого Башлачев предлагает очнуться, чтобы самому написать свою судьбу («Трагикомический роман»):

Скрипит пружинами диван.

В углу опять скребутся мыши.

Давай очнемся и вдвоем напишем

Трагикомический роман.