Смута

Тогда ж на Дон письмо с мольбой дошло,

Прислать к «царевичу» на помощь казаков,

То самозванцу до безумья повезло,

Когда к нему пришло две тысячи донцов,

В бою «царевича» готовых защищать,

Да за казацкую свободу жизнь отдать.

Ну исобою привезли они Петра Хрущёва,

Его на Дон Борис прислал,

Чтобы его по воле Годунова,

Казацкий круг своим главой признал.

Когда казаки это услыхали,

То все ответ лишь дружно рассмеялись,

Посланца царского связали,

И к «цесаревичу» доставить постарались.

Лжедмитрий яростно Хрущёва допросил,

И от него сумел признание получить,

Что Годунов Хрущёву поручил,

Донцов к войне против «царевича» склонить.

Тогда Лжедмитрий, в трусости Бориса обвинив,

Комедию умело разыграл,

Да все слова Хрущёва извратив,

Ссылаясь на его допрос, всех уверял,

Что Шереметьев стал Хрущёва убеждать.

Когда взойдёт «царевича» заря,

То «против прирождённого государя».

Борису будет «трудно воевать».

А далее Лжедмитрий сочинил,

Что царь Смирнова и Булгакова казнил,

За то, что «Дмитрия» они хвалили,

И в своём доме за его здоровье пили,

Но продолжали дальше дьяками служить,

И даже самозванца пережить.

Тогда Лжедмитрий в раж вошёл,

И вралей всех известных превзошёл,

Он всем открыто объявил,

Что царь Борис свою сестру убил.

За то, что якобы она «царевича» признала,

И брату это прямо заявила,

Да будто бы она за это пострадала,

И жизнью собственной за «правду» заплатила.

За этим сборищем Острожский наблюдал,

Войны с Москвою, не желая,

И всё, с Замойским обсуждая,

Он воинов две тысячи собрал.

И самозванцу прямо заявил,

Его войска, он через Днепр не пропустит,

Да короля предупредил,

Что самозванца он к границе не допустит.

Острожский яростно желал,

Весь этот сброд поганый истребить,

Ну а когда же о прибытии донцов узнал,

То не сумел свой план осуществить.

Но грабежами заниматься не давал,

Под Киевом войска расположил,

На Дон дорогу самозванцу перекрыл

И в страхе всех наёмников держал.

А чтоб желание своё осуществить

И самозванцу переправиться не дать,

Князь приказал паромы на реке угнать,

Не дав его войскам Днепр переплыть.

Но киевляне и простые мужики,

Как и донские казаки,

«Царевича» московского признали

И быстро переправу навели,

В делах удачи им всем пожелали,

и перебраться через Днепр всем помогли.