Это жизнь. Проза

В комнату вбежал Николай. Он взял на руки дочку и отнес в детскую. Ее личико было таким бледным, что он очень испугался.

– Хватит, дочка, плакать, все будет хорошо, – сказал он, вытирая ее глаза. – К бабе хочешь?

– Хочу, – рыдая, ответила девочка.

– Пошли, вот только Димку найдем, – сказал Николай и поцеловал дочку.

Они вышли из подъезда. Около соседней парадной сидел Димка. Его лицо было бледным, глаза закрыты, а из под век катились слезы.

– Ты чего? – спросил отец.

Димка от неожиданности вздрогнул и открыл глаза.

– Ты чего? – повторил Николай и обнял мальчика.

– А почему она такая? – спросил Димка и посмотрел на отца.

– Она заболела, – ответил отец, вздохнув. – Ничего, все будет хорошо.

И вдруг почувствовал, как ком подкатился к горлу. Он достал сигареты и закурил, сделал несколько затяжек.

– Ну ладно, пошли к бабе, – сказал Николай.

Они вышли из арки. Подходя к магазину, Николай вдруг услышал:

– Ушаков, ну подожди же.

Николай остановился и оглянулся.

– Ну и ходите вы, братцы. Кричу им, а они будто оглохли.

– Да задумался, – ответил Николай.

– Вы куда идете? – спросил Вовка.

– К бабушке, – ответил Николай, – заночуем у нее. Завтра выходной.

– Что завтра делаешь? – спросил Вовка. – Может на рыбалку махнем?

– Давай, – ответил Николай. – Тогда я вечером пойду домой.

– Во сколько заедешь? – спросил Ушаков.

– В шесть, – ответил Вовка. – Ну, все, пока, до завтра.

Вовка перебежал асфальт, помахав рукой. По дороге Николай мучительно думал: «Ну почему она так делает? Вроде все есть. Так хорошо жили… Девять лет не пила, и вот опять. Почему?»

Он почувствовал, как к горлу опять подступил ком. Чтобы как-то справиться с волнением, закурил. Они вошли во двор. В песочнице играла племянница Николая шестилетняя Катька. Увидев дядю и сестру с братом, она подбежала к ним. Николай присел на корточки.

– Привет, – сказал он. – А что ты без мамы?

– Мама с бабушкой дома, а я играю – улыбаясь, ответила Катька.

– Ну ладно, идите, играйте, только не драться, а я пойду к бабушке схожу и вернусь, – сказал Николай.

Квартира матери была на первом этаже. Он позвонил. Дверь открыла мать Мария Александровна, полноватая женщина лет шестидесяти пяти, в голубом халате и белой косынке. Лицо у нее было добродушное, располагающее к себе, красивое, несмотря на морщинки, которых у нее было много.