Глушь

Некоторое время полежав без движения, Костя будто опомнился, ощупал руками лицо. Из разбитого носа хлынула кровь.

– Дура! – зло прошипел Костик. – Больная!

Он сел на полу, длинной рукой дотянулся до Полиной постели и рывком дернул на себя одеяло. Когда оно оказалось у его ног, Костя схватил один конец и погрузил в него свой окровавленный нос. Высморкавшись в одеяло кровью, Костя поднял на Полину бешеные глаза:

– Я пошутить хотел, а ты мне нос испортила. И что Глеб в тебе нашел? Неужели наивно подумала ты, что можешь заинтересовать меня? Ты не в моем вкусе даже! Кому ты такая сумасшедшая нужна? Возомнила о себе! Только идиот Глеб мог повестись на твои пресные худосочные прелести! Тьфу! – Костик сплюнул себе под ноги.

– Выйди вон из комнаты! – закричала Полина. – Гад! Еще другом называется…

В это время послышалась возня возле входной двери, и всего через секунду свежий, гладковыбритый и румяный от горного воздуха в комнате появился Глеб. Его глаза светились, на груди покачивался фотоаппарат.

Но только Глеб лицезрел перед собой драматическое действие, развивающиеся в его отсутствие, и двух главных героев, как светящиеся глаза начали меркнуть, губы побелели.

– Что здесь происходит? Полина, почему Костик в крови? Что он делает рядом с тобой?

– Пусть он тебе сам расскажет! – огрызнулась Полина. – Вот твой дружок во всей своей красе, полюбуйся!

– Костя, что произошло? – Глеб склонился над Костей, протягивая ему руку, чтобы помочь подняться с пола.

– Ничего! – сердито буркнул тот и отпихнул руку.

 – Пошутил, а она мне в нос ногой!

– Пошутил, говоришь! Знаю я твои шутки!

– Не сахарная, не растаяла бы от одного раза, – вставая на ноги и отряхиваясь, снова захохотал Костик, словно веселостью своей хотел отделаться от участия в выяснении отношений. – А ты сам не помнишь, может совсем забыл, как раньше мы шалили, девчонками обменивались. Я – ту, ты – эту! Для друга же ничего не жалко, верно, Глебушка? Серьезно, забыл? А Полька знает?

– Что? – Глеб стал совсем бледен, его обескровленные губы дрожали.

Он смотрел, не моргая на Костю. Потом медленно, не решаясь взглянуть в упор, перевел стыдливые глаза на Полину, и девушка увидела в мольбу.

– Это правда, Глеб, – скривилась Полина, – вы занимались такими мерзостями? Поэтому Костик и решил, что снова можно? Ты поэтому ушел, специально ушел?!

– Нет, Полечка, нет, – голос Глеба скрежетал как железные дворовые ворота, – что было, то прошло, все в прошлом.