Беременна по ошибке

Кровать снова скрипит под весом тяжелого мужского тела, Дима гладит мои ноги ладонями, рисует узоры на моем животе и едва ощутимо касается пальцами клитора.

– Повернись на живот, милая.

Я делаю то, что он велит, упираюсь руками в кровать и опускаюсь лбом на постель. Дима притягивает меня к себе за бедра, вынуждая слегка приподняться, после чего кладет руку на поясницу и прогибает мою спину. Что-то холодное касается вначале моих складочек, а после тугого колечка сзади. Я напрягаюсь, но Дима тут же просит:

– Расслабься, Мил.

У нас еще не было анального секса, поэтому я все же немного скована и напряжена. Я не знаю, как это будет, не уверена, что Дима точно все учел, но предпочитаю положиться на него, чем нервничать. К тому же уверенность, что все прекратится, стоит мне захотеть, приятно греет душу. Раскинув руки в стороны, ложусь щекой на кровать и стараюсь расслабиться. Дима не спешит: умело ласкает меня между складок, проводит пальцами по клитору, толкает их внутрь, зарождая желание.

– Тише, тише, все будет хорошо. Расслабься.

Поддавшись спокойному уверенному голосу своего мужчины, я расслабляюсь и перевожу дыхание. Член толкается глубже, я чувствую боль, но пальцы внутри меня перекрывают ее, и я откидываюсь назад.

– Я в тебе полностью, – его слова заставляют меня задрожать.

Вопреки ожиданию сильной боли, ничего такого не происходит, я чувствую лишь тугое давление и желание, упрямо не желающее меня покидать.

– Какая тугая, Мила. Да, да, вот так…

Дима начинает двигаться внутри меня. Входит до основания и покидает меня, двигает пальцами внутри лона и заставляет всхлипывать от напряжения. Я никогда не кончаю несколько раз подряд, но сейчас я чувствую, как оргазм неумолимо подступает вновь. Я набираю полные легкие воздуха и задерживаю дыхание, скулю, когда толчки пальцев усиливаются, а член входит и выходит, задевая заднюю стенку.

– Боже… – едва выдыхаю, прежде чем почувствовать нахлынувший оргазм.

Мое тело раз за разом содрогается, мозг отказывается принять произошедшее. Я обессилена настолько, что, когда Дима кончает и выходит из меня, не сразу нахожу в себе силы просто лечь на живот. Наконец я падаю на бок и пытаюсь унять бешеное сердцебиение и перестать дышать так, словно я несколько минут была в асфиксии и теперь отчаянно нуждаюсь в целительном кислороде.