Окраина. Альманах

Но именно в этом смешении духовного и предельно материалистичного, небесного и земного может прорасти предположение, что и вправду ничто никуда не может уйти просто так. Что «энергетические переходы», может быть, и есть чудо воскресения. Ничто не утешает, но надежда на вечную встречу существует – по крайней мере, пока. Пока в этом смутном мире, занятом бесконечным самоопровержением, остаются крест, пруд и мост».

Преобразование материи

– Что-то мне нехорошо, – были её первые слова.

– Слишком много просекко, дорогая.

– Мммм… венский завтрак, классика. Который час?

– Лучше спроси, какой день. Уже утро, Марта. Ты спала весь день и всю ночь.

Они ехали по кривоватой пустынной дороге. Бортовой компьютер показывал +19 внутри и +14 снаружи. Вокруг виднелись уходящие в туман мутно-бежевые поля с одинокими тёмными деревьями, как на детском рисунке: ствол и круглая крона. Дубы? Липы? Шёл мелкий дождь.

– Какая унылая местность… Где мы?

– Не забивай себе голову деталями.

– Очень смешно. Голова болит, кстати. Мы уже прошли границу?

– Ты её проспала. Я же говорю, это всё шампанское.

– Я попробую отгадать страну по указателям. Вот какой-то… Что за загогулина? Смешная буква какая.

– Пока нас не было, тут наплодилось разных стран. Придумали себе языки. Действительно смешно.

– Не будь снобом, Боб!

– Не будь Бобом, сноб! Я не виноват, что маленькие, но гордые государства вместо того, чтобы сделать нормальные дороги, рисуют закорючки на буквах, чтобы не было похоже сама знаешь на что.

Руки Боба лежали на руле в щёгольской кожаной оплётке. Машина неслась, мягко подлетая на неровностях дорожного покрытия. Справа вдалеке показались размытые пеленой крыши домов – какое-то поселение.

– Боб, жуть какая, а представь, что мы бы тут жили. Лужи, тоска, автолавка два раза в неделю…

– Ты родилась в мегаполисе и в пять лет переехала в мегаполис же! Что ты можешь знать про автолавки?

– В мегаполис Ж из мегаполиса М. Бабушка рассказывала. В её детстве летом в деревню приезжал грузовик с продуктами.

– Я бы сейчас бутерброд с анчоусами навернул.

– Сам ты анчоус, килька – совсем другая рыба.

– Килька – это шпрота.

– Оооо… Это лакшери вариант! Шпроты в те времена давали только в спецзаказах.

Они проехали мимо автобусной остановки. Столбы, покосившийся козырёк. Рядом на горке деревянная инсталляция: огромный гриб с крашеной в красное шляпкой.