Кошкин дом

Зачем? Зачем так-то?

А зачем ты, Илюша, ёбнутый кот, столько времени общался с этой живностью, десять лет, прямо дружил. Не видел? А когда говорили тебе, Ксюха и Инка говорили, что он гад, ты куда слал Ксюху и Инку? Правильно, держи теперь по полной, всё ведь нужно методом тыка познать, всё кирпичом по башке. И когда кирпич уже прилетает – тогда говоришь: блин, и правда больно.

Теперь прозрел. Вернее не теперь, а гораздо раньше ты прозрел, ещё на ИВС, на Петровке 38 ты подумал, что это не томская ментовка за бухло, это что-то очень серьёзное, что какая-то грань осталась позади.

На Петровке 38 я ещё был полон надежд, что дальше ИВС дело не зайдёт, думал, что этот протрезвеет, побежит к ментам, меня отпустят…

Смешной я.

Ага мне, отпустят!

6-е августа 2010 года. Суд по избранию меры пресечения, раскалённый автозак, та самая московская жара, дым, бумажка у конвоя в которой написано, что «в случае действий направленных на совершение побега из под стражи конвой принимает меры по задержанию с использованием огнестрельного оружия»… И тебе дают эту бумаженцию на подпись.

А ты же псих! А ещё ты не можешь спокойно стоять, тебе всё время что-то нужно. Видишь, например, птичку, и автоматически прыгаешь за ней, а что делать, если просто хочется поймать её, какой на хер конвой, а этот мент херакс тебе в башку из пистолета, а типа он хотел сбежать и всё такоё. Конечно, не всё так просто у них, они тоже имеют инструкции на этот случай, но опять же, а вдруг? Не дала ему Танюха в деревне у себя, он злой и с похмелюги, а тут кот.

А кот такой: фигак и не умер, а уснул и больше не проснулся.

18.11.10.

У нас в хате появился Пушкин. До этого, в 484, в транзите, был Ленин.

Я вернулся с прогулки, посмотрел налево. За столом сидел чел и жрал суп. Напротив чела сидела Бешеная Росомаха и смотрела на него своими грустными глазами.

На чуваке висела картонка с надписью «Спартак – чемпион».

Телефонный террорист Грибанов Александр Сергеевич, в миру просто Пушкин сел за то, что позвонил бухой в ментуру и заявил, что заминировал памятник Пушкину на Пушкинской площади, и что, если Спартак опять проиграет ЦСКА (а в тот вечер был матч), то Пушкин взорвёт Пушкина ко всем чертям на хер.

В мусарне, вместо того, чтобы просто послать Пушкина и бросить трубку, началась движуха.