Клон по имени Симон

 – Лиза встала и подала рыжеволосому руку. Тот тоже привстал и скрепил прощание крепким рукопожатием.

На выходе из Центра Лиза подошла к своему автомобилю в окружении таких же брошенных на время собратьев. Но сев в него, она тут же выскочила наружу. Нет, зачем возвращаться домой? Она наклонилась и что-то понажимала на панели. Дверь закрывается, и машина, получившая маршрут, стала неспешно выезжать из шеренги. Лиза наблюдала за самоуправляемой «лошадкой», пока та не скрылась за углом парка.

Собственно, у Лизы не было никакого чёткого плана.

Да и не садиться в машину – вполне себе импульсивное решение, не имевшее под собой веского основания. Одно она знала наверняка: сидеть дома совершенно надоело. Вот прямо тошнит от одной только мысли об этом. Так что она проделает небольшую прогулку, ведь давно оного не происходило. Чтобы так бродить где-то, безо всякой цели.

Час, два часа бесцельной прогулки по центру, и она уже стояла у места, которое по идее должно было бы взбудораживать. Удивительно: впадая в траур и считая, что всё связанное с Симоном, будет неизменно вызывать у неё невыносимую душевную боль, и теперь она спокойно смотрит на дверь картинной галереи.

По так казалось только на первый взгляд. Глаза увлажнились, а рот сжался в ниточку, чтобы не закричать. Лиза прикрыла нижнюю половину лица ладонью. Кое-как собравшись, она подавила в себе рвущее наружу желание горевать. Только мысль о будущем клоне помогла преодолеть минутную слабость. Симон бы опечалился, узнай, что по нему так убиваются.

Да он бы целый день читал нотации, что живые должны жить, невзирая на неизбежную потерю близких.

Что касается самой галереи, то Лизе ничего не было толком известно, так как должен был возвратиться главный владелец, а его след простыл до трагического события. По имевшейся информации следовало, что он находится в просторах космоса, занимаясь приобретённой гостиницей. Елена получила, что ей причиталось по наследству, и вероятно, она могла находиться внутри. Лиза боролась в себе с желанием войти внутрь, опасаясь, что её попрут, как неугодную.

Не в силах пройти мимо, она решилась войти и оценить возможные перемены, ведь новый совладелец мог приступить к бурной деятельности и наворотить делов. Но безутешная девушка переценила рвение бывшей жены Симона: практически ничего не подверглось изменениям. Если, конечно, не брать во внимание, что Лиза так старательно развешивала – не присутствовало в зале. Половина была продана ещё при жизни Симона.