Камышенские сибирячки

Она вздохнула и тихо сказала:

– Моего мужа не взяли на фронт, у него были больные легкие… и все из-за курева! Знал, что нельзя не то, что курить, а даже нюхать табак! И как этого не понимают курильщики?… Он бы ещё пожил, если бы серьезно относился к своему здоровью, теперь приходится жить за себя и за него…

Она сделала не большую паузу.

– Что поделаешь, значит Богу так угодно, – голос её срывался, – ничего выживем…

Я понимал, насколько ей трудно нести вдовью долю и удивлялся, как смогла, она поднять четверых детей и выжила сама в годы войны? Тогда в деревне в каждой семье от голода умерли почти все старики и маленькие дети.

– У меня, – продолжала она, – не вернулись с фронта два брата и два зятя-мужья моих сестер, дети остались сиротами. Проклятая война!.. – помолчав с минуту, с горечью продолжила:

– Мужики из нашей деревни почти все погибли, из них больше половины молодые ребята. Считай, стала деревня обезглавленной, а приезжие кто они, откуда и почему здесь неизвестно.

– Видно Бог направил в ваше село, чтобы найти свою половинку, – ответил я спокойно.

– Ну и, как нашел?

Наши взгляды снова встретились.

– Не нашел, а встретил! – Я имел в виду её, и как школьник, не выучивший урок, терялся перед строгим взглядом учителя, но с усилием перевел дыхание, сказал:

– Встретил тебя!

Она улыбнулась также умиленно. Мне показалось, ей понравился мой ответ, с минуту она молчала.

– Я правильно понимаю, ты зовешь меня замуж?

– Наконец-то! – подумал я, – разговор подходит к тому, зачем я пришел.

Глядя в ее завораживающие глаза, я тонул в них и с нежностью сказал:

– Да, зову и прошу вашей руки, Матрена, выходи за меня замуж!

– Звать то тебя, как, жених? – она еле сдержала смех, – а то неудобно, как-то, давать согласие выйти за человека без имени!

Глянув на меня, я увидел, как в ее глазах зажглась искорка, затем она подняла свои пушистые ресницы и посмотрела в небо, будто хотела у кого-то спросить совета.

– Прости, – робко начал я, – увидел тебя, и все вылетело из головы, зовут меня Илья, зачем приехал сюда я уже говорил, а квартирую у Фени.

Неожиданно отвернув от меня голову в сторону речки, которая в метрах десяти была от постройки, и, как бы прислушиваясь к ее журчанию, молчала, затем тихо переспросила:

– У Фени?

– Да, у нее, – смущенно ответил я.