Девушка с запретной радуги

Я с горечью вспомнила мою комнату в Лондоне, маленькую как каюта на корабле, рассеянную улыбку моей соседки по комнате, пушистое брюшко кота и даже облупившиеся стены. Но внезапно, без какого-либо предупреждения моя рука вновь опустилась на ручку чемодана, а другая отворила калитку, о которую я неосознанно облокотилась. Я не знаю, что бы я сделала дальше – повернулась назад или позвонила в колокольчик, – но у меня больше не осталось возможности узнать это, поскольку именно в тот момент одновременно произошли две вещи.

Я подняла взгляд вверх, потому что мое внимание привлекло движение по ту сторону окна на первом этаже. Движение было вызвано тем, что белая занавеска вернулась на свое место. А потом я услышала женский голос. Тот же самый, что я слышала несколько дней назад в телефоне. Голос Миллисент МакМиллиан, который был пугающе близко.

– Синьора Бруно! Это Вы?

Я резко обернулась в направлении, откуда шел голос, забыв о движении за окном на первом этаже. Женщина средних лет, крепкого телосложения, худая и добродушная, продолжала говорить непрерывным потоком.

– Конечно, это Вы! Кто бы другой это мог быть? Мы не избалованы частыми визитами здесь, в Mildnight Rose House. И потом мы Вас ждали! Путешествие прошло удачно, синьорина? Вы быстро нашли дом? Вы голодны? Хотите пить? Наверно, Вы хотите отдохнуть… Я позову Кайла, чтобы он отнес Ваш багаж в Вашу комнату… У меня для Вас есть милая комната, простенькая, но очаровательная, на первом этаже…

Я даже не успела ответить ни на один из заданных вопросов, а синьора МакМиллиан не прекращала свой нескончаемый поток.

– Вы будете жить на первом этаже, как и синьор МакЛэйн… Нет, ему не нужна Ваша помощь. У него уже есть Кайл, чтобы ухаживать за ним… Он на самом деле мастер на все руки… Даже шофер… Хотя синьор МакЛэйн никогда не выходит… Ах, я так рада, что Вы уже приехали! Мне так не хватает женской компании... Этот дом немного мрачен… Внутри, по крайней мере… Здесь, на солнце, все кажется прекрасным… Вы не находите? Вам нравится цвет? Немного резкий, я знаю… Однако синьору МакЛэйну нравится.

«Вот, – подумала я с горечью, – вопрос, на который я была счастлива не отвечать».

Я проследовала за женщиной в просторный внутренний дворик перед домом. Она ни на секунду не прекращала своей болтовни звонким голосом, как звук колокольчика. Я же лишь время от времени кивала ей в ответ, бросая быстрый взгляд на постройки, которые мы проходили.