Яхта олигарха. Авантюрно-приключенческий роман

Но простота инструментов лишь усиливала очарование этого волнующего видения из сказок «1000 и 1 ночи». Маша вполне сошла бы и за Шахеризаду в своем купальнике и полотенце, обернутом вокруг талии на манер набедренной повязки. Это чудесное зрелище околдовывало, и Андрей почувствовал себя обреченным кроликом перед завораживающим танцем кобры.

Маша танцевала искусно, используя все, что ее окружало – и мачту, и лебедки и даже штурвал. Ее фигура извивалась от пламенного темперамента, бедра трепетали от страсти, а грудь, казалось, и вовсе жила своей особой жизнью.

Пошлые пляски вокруг шеста в полутемных ночных клубах не шли ни в какое сравнение с этим торжеством грации. К тому же Маша танцевала для него, хотя и делала вид, что он тут не причем. Андрей видел не просто танец, а древний ритуал, обнажавший естество женщины в ее изначальной сути.

Под последние аккорды Маша сделала невероятное па и склонилась в глубоком поклоне.

Ее выступление было встречено яростными аплодисментами. Это хлопали турецкие пограничники со своего катера, незаметно причалившего к яхте.

– В чем дело? – вскочил Андрей, возмущенный нарушением таинства.

– Данс! – кричали довольные пограничники. – Давай-давай!

Маша была удивлена не меньше Андрея.

– Кто это? – спросила она, снимая полотенце и надевая платье.

– Береговая охрана, я полагаю.

– Что им нужно?

– Просят продолжить шоу.

– Это была простая разминка, – объяснила Маша. – Мне нужно поддерживать форму. Иначе с работы выгонят.

– Такое не часто увидишь.

– Матушка! – нажимая на второй слог кричали пограничники, привыкшие называть так всех русских женщин со времен эмигрантской волны прошлого столетия. – Данс!

– Нашли матушку, – сердилась Маша. – Я им в дочки гожусь!

– Все, все, – замахал руками Андрей. – Отчаливайте!

Пограничники обиделись и из восторженных поклонников мгновенно преобразились в строгих блюстителей закона.

– Паспорт! – заорал, видимо, главный, положив руку на кобуру пистолета.

– Пожалуйста – переменил тон Андрей, опасаясь, что образ процветающего олигарха мог быть легко погублен протоколом о нарушении границы.

 – Сейчас принесу.

Андрей спустился в каюту. А пограничники тем временем пристрастно изучали Машу, цокали языками, прищелкивали пальцами и приглашали в Стамбул:

– Гель! Гель Истанбул!

Их навязчивость не требовала перевода, как не требовал его и язык танца, которым Маша поразила турок.

Андрей вернулся с паспортом моряка.