Такая простая сложная жизнь. Сборник рассказов

«Как же так, он же говорил, что его жена не может иметь детей? А может, он мне просто-напросто врал, чтобы получить желаемое?»

Лиля не знала тогда, что, мучимый виной к жене, певец «купит» ей детей, сделав «подсадку», как сейчас говорят – ЭКО.

Жить по-прежнему не получалось.

Коллеги не могли понять, что происходит с Лилей – изменился ее жизнелюбивый характер, она все чаще погружалась в себя, стала молчаливой, рассеянной. Но стоило кому-то завести разговор о певце, как женщина мгновенно оживлялась, в который раз рассказывая, какой он редкостный певец и человек.

Анализируя свое чувство к певцу, Лиля пыталась понять, что с нею происходит. Почему та ночь не забывается, превратившись, как она хотела, в приятное воспоминание, солнечный удар, который давно прошел, а становится наваждением, отнимающим у нее силы, любовь, которую она должна дарить своему ребенку и мужу, ведь он страдает…

Однажды очень деликатный муж Лили спросил в упор: «Что с тобой происходит? Ты совсем охладела ко мне.

«Да, я люблю другого», – как удар хлыстом. «Кого?» – «Неважно, тебе не стоит бояться. Он далеко».

Но муж не поверил: «Лиля, возьми себя в руки. Ты теряешь семью, забросила дочь. Я не могу видеть, как ты мучаешься. Ради твоего блага готов дать тебе развод. Только все обдумай, взвесь, что ты потеряешь, что приобретешь».

Ей было все равно. Развод так развод, может, и к лучшему, не нужно притворяться. «Я больна любовью – неосуществимой, ненормальной, ведущей в тупик. Тоска», – писала она в дневнике.

Но тоска ее уже зашла слишком далеко и приобрела угрожающие черты болезни физической, страшной.

Болезнь

Лиля уже давно чувствовала себя неважно, боли внизу живота заставляли ее постоянно прислушиваться к себе, она стала рассеянной. Задав собеседнику вопрос, внезапно уходила в себя, бледнела, на лице появлялось выражение, словно она проглотила ежа, потом, пересилив приступ боли, снова становилась приветлива и внимательна.

Приступы стали возникать все чаще, и Лиля пошла к врачу. Может, застудилась, думала она, где-то переохладилась после длительной особенно холодной зимы 2003-го.

Помнит, как в тумане, лицо врача, которой так трудно было произнести: «Мужайся, подруга, у тебя рак.