Происшествие в Норвуде

Однако его холодная и гордая натура всегда питала отвращение ко всему, что имело публичную огласку, и он самым строгим образом обязал меня не говорить больше ни слова о себе, своих методах или успехах. Запрет, который, как я уже объяснил, был снят только теперь.

Шерлок Холмс откинулся на спинку стула после своего капризного протеста и неторопливо разворачивал утреннюю газету, когда наше внимание привлёк громкий звонок в дверь, за которым немедленно последовал глухой стук, как будто кто-то стучал кулаком в наружную дверь.

Когда дверь отворилась, в холл ворвался уличный шум, быстрые шаги застучали по лестнице, и мгновение спустя в комнату ворвался молодой человек с безумными глазами, бледный и растрёпанный с трясущимися руками. Он смотрел на нас, переводя взгляд с одного на другого и под нашим вопросительным взглядом понял, что за столь бесцеремонное вторжение необходимо извиниться.

– Простите, мистер Холмс, – воскликнул он. – Вы не должны сердиться на меня. Мистер Холмс, я несчастный Джон Гектор МакФарлейн.

Он объявил об этом так, словно одно это имя могло объяснить и его визит, и его манеру, но по бесстрастному лицу Холмса я понял, что и для него это значило не больше, чем для меня.

– Возьмите сигарету, мистер МакФарлейн, – сказал он, протягивая ему портсигар. – Я уверен, что глядя на вас, мой друг доктор Ватсон прописал бы вам успокоительное. Последние несколько дней погода была очень тёплой. А теперь, когда вы немного успокоитесь, я буду рад, если вы сядете в это кресло и очень медленно и спокойно расскажете нам, кто вы и чего хотите.

Вы назвали своё имя так, как будто я должен был знать его, но уверяю вас, что, кроме очевидных визуальных фактов, что вы холостяк, адвокат, масон и астматик, я ничего о вас не знаю.

Поскольку я был хорошо знаком с методами моего друга, мне было нетрудно проследить за его выводами и заметить неряшливость одежды, пачку юридических бумаг, амулет для часов и сиплое дыхание. Наш клиент, однако, изумлённо посмотрел на Холмса.

– Да, всё это так, мистер Холмс, и, кроме того, в данный момент я самый несчастный человек в Лондоне. Ради бога, не бросайте меня, мистер Холмс! Если они придут арестовать меня до того, как я закончу свой рассказ, пусть дадут мне время, чтобы я мог рассказать вам всю правду. А потом, я могу с лёгким сердцем отправиться в тюрьму, если буду знать, что вы занялись моим делом.

– Арестовать вас? – сказал Холмс. – Это действительно очень приятно… очень интересно.