Мир проходящего времени. Стихи

Ведь быть у безрассудности в плену

Решается, увы, легко и скоро;

Один лишь миг и шквальная гроза

Уже сечёт безжалостно глаза.

Несовместимых, видимо, с моими

Мне не понять природу твоих дум.

Но кто укажет путь исповедимей,

Чтоб не был ты на том пути угрюм?

Кто скажет, что на нём не будет спора

И это будет самый честный путь?

Я так хочу порой к тебе прильнуть

И так скорблю, что сник порыв задора.

Ещё мы вместе, вроде, и не рядом,

Нет задушевности, ещё чего-то нет.

Ужель взаимной страсти огнецвет,

Как ранний мак, отцвёл в куртинах сада?

Ужель над нами небо разошлось,

Чтоб путь земной нам обозначить врозь?..

Алтарь

Хоть в начале строки, хоть в конце,

Вольной песни иль строгого гимна.

Твоё имя звучать будет дивно,

Югославия!.. В горном венце

Далью-далей от русского слуха,

Скрыта сербов напевная речь.

Родословная ж общего духа

В нас живёт и при скудости встреч.

Небо нас своей волей сроднило

По крови и по вере – вдвойне,

Чтоб испытывать, видно, в огне

Одного и того же горнила.

Кто в твой мир несказанный войдёт,

Обретёт сразу чувств половодье

И, конечно же, сердцем поймёт,

Как родно ему это приволье…

Не иссякнут двух наших миров

По-славянски звучащие музы,

Как священные вечные узы,

Как природы волнующий зов…

Когда боль разнеслась наша эхом,

А надежды рассеялись в грусть,

То к тебе по заветнейшим вехам

С кровоточащим горем шла Русь.

Русь искала в тебе исцеленья

Древней вере, пошедшей на слом:

Полыхнуло в твой дом, как огнём.

Русских судеб тогда потрясеньем.

Как спасенье души, как тропарь

Всех молящихся искренне нежно,

Как праматерь, как свет и надежда,

Югославия, ты наш – алтарь.

Наитие

К истокам дел всех обратится память,

Когда, в ладони землю взяв свои,

Вдруг ощутишь: кровь тёплыми рывками

Отяжелело вздрагивает в них.

Всё, что нас угнетало непомерно,

Отходит вдруг, как суетная блажь.

И суеверных наваждений скверна,

И на пути обманчивый мираж…

Как дальним гулом перекатных бродов,

Исконное нахлынуть норовит,

С воскресшей болью материнских родов,

Рассеянной с младенчества в крови.

Ты чутко слышишь голос этой боли,

Способной слабость духа укрепить,

Чтоб вдруг в постигшем ненароком бое

Не мог от своей правды отступить.