Виртронация

Но зато я уже чувствую себя бегущим по воздуху, поскольку скорость бега превышает вес и нога не успевает дотянуться до пола. Другими словами, падение моего тела слишком замедленно сейчас относительно скорости движения.

Начинаю приближаться к противнику, для которого, за всё это время, прошло лишь две три секунды.

Неплохой способ обезвреживания на мой взгляд – прыгнуть на него, обхватить лодыжками его голову и, не отпуская её, встать на руки за его спиной. При этом он уже начнёт падение назад. А за счёт, накопленной во время бега, инерции, стоя на руках, откинуть его в ту же сторону с большим ускорением.

Вижу, как перекувыркнувшись в воздухе, потеряв автоматы, он удаляется от меня вверх тормашками. Моё же тело принимает в воздухе правильное полусидящее положение. Ещё немного и я смогу ногами коснуться пола. Но надо поразить противника. То, что я сделал, лишь разозлит его. Вокруг меня как раз летят автоматы, которые он потерял. Они, прямо как надо, стволами направлены в нужную сторону, единственный минус – вверх тормашками.

Замечаю ещё одного замедленного противника в том самом кабинете на третьем этаже, выглядывающего из-за сломанной стены.

Один автомат для первого человечка, летящего верх ногами. Второй – для того, кто наверху.

Огонь!

Хорошо, что пуль намного больше, чем может поместиться в магазин. Всё-таки это виртуальный мир, а не реальный.

Течение времени начинает потихоньку нормализовываться и тот, которого я отправил в полёт, ударяется об бетонный угол верхней части прохода и падает на пол. Я же в свою очередь приземляюсь на ноги. Однако я даже успел соскучиться по нормальной ходьбе, хотя на самом деле на всё, про всё, ушло не более четырёх реальных секунд. Ну от силы пять.

Перешагиваю инертное тело и захожу в тот самый коридор, откуда оно выходило, когда было живым. Возможно, эти двое были теми же, что я убил вначале, а возможно и новыми.

Продолжаю идти. Наверное, тёмно-зелёные меня видели, как движущийся туман и непонятно от чего умирающих противников. Радуюсь, представляя их большие реальные глаза. Приятное это всё-таки ощущение, когда многое подвластно и при этом есть зрители.

Замечаю, что коридор делает лёгкий изгиб влево, при этом левая стена его немного наклонена наружу.