Кто я тебе?

И как только я отворила дверь ванной, ступая в коридор, в накинутом на голое тело красном халате, входная дверь отворилась и на пороге показалась мама. Увидев меня, она удивлённо вскрикнула и, побросав пакеты на пол, кинулась ко мне в объятия.

– Алисонька, девочка моя! Господи, неужели тебя отпустили? Как же я переживала! Как волновалась, ночами не спала. Я приходила к тебе, но меня не пускали. Сказали, что не положено. Что же это такое, милая? Сказали, что у тебя нашли какой-то подозрительный пакет.

Вроде с наркотиками. Люди косятся на меня, ахают, мол воспитала наркоманку. Мне и от стыда провалиться хочется и лица порасцарапать тем, кто так говорит. Я надеюсь, что это было всего лишь недоразумением?

– Мам, – я мягко отстранилась, дабы не быть раздавленной сильнейшими объятиями. – Все нормально. Это была обычная сахарная пудра. Кто-то неудачно пошутил. А не выпускали так долго, потому что надо было результаты экспертизы дождаться.

– Ну слава богу, что всё разрешилось.

Зайчик мой, похудела-то как.

– Ну с чего я могла похудеть? Меня всего пять дней не было. Это тебе так кажется. Просто я очень устала и соскучилась по домашней еде. По твоим пирожкам с капустой.

– Я мигом тебе сейчас что-нибудь приготовлю! – засуетилась мама, быстро направившись на кухню. – Главное, что ты дома. Теперь я спокойна. А то сердце третий день ныло, никак не могло успокаиваться.

Я прошла следом за мамой, притащив пакеты, которые подняла возле входной двери, заметив на столе пузырёк с корвалолом.

Неодобрительно посмотрев на лекарство, я подошла к маме и обняла её.

– Как же я по тебе соскучилась, мамуль.

– И я, девочка моя, – с глаз мамы скатились слезинки. Я вытерла их пальцами.

– Не плачь. Я всегда буду рядом. Пойду прилягу. Я очень устала. Спина болит. Кровати в изоляторе, знаешь ли, особой мягкостью не отличались.

– Иди в комнату, родная. Я всё приготовлю. Отдохнёшь, а потом покушаешь.

Я согласно кивнула и медленно побрела из кухни, но на середине пути остановилась и обернувшись, спросила:

– А Артём звонил тебе? Интересовался обо мне?

– Да, один раз, – гремя кастрюлями ответила мама.

– И всё?

– Ну да. Звонил в самый первый день, как тебя забрали полицейские. Я всё ему рассказала, он что-то невразумительное ответил и положил трубку.

– Странно, – задумчиво произнесла я, всё-таки уйдя с кухни и зашла в комнату.