Абсолютно ненормально

А еще у нас есть один из тех старых телевизоров, которые в толщину больше, чем в высоту, и нет кабельного телевидения. Но хотя бы есть Wi-Fi, за установку которого у нас была война с Бэтти. Примерно как во Вьетнаме, только с большим количеством воды.

Мы сидим в трениках на бархатном диване. Она вяжет, положив морщинистые ноги мне на колени, а я массирую ее ступни. Бэтти стонет, как только я задеваю ее выпирающие косточки. И мне в тысячный раз становится жаль, что я не могу пойти на тяжелую работу вместо нее.

Когда я вернулась из школы, то обзвонила все места, где оставляла свое резюме, но никто не захотел меня нанять. Даже Марта.

Я принимаюсь красить Бэтти ногти ярким лаком цвета фуксии и рассказываю ей о ситуации с Дэнни. Она не притворяется удивленной. Даже Дамблдор смотрит на меня так, словно говорит: «Тоже мне новость, это было написано на его лице еще в начале лета, а теперь подай-ка мне одну из этих конфет с арахисовой пастой или я выпущу Авада Кедавра в твою задницу».

Она спрашивает, как я к этому отношусь, и я повторяю, что безответная любовь – это рак дружеских отношений, и, возможно, на самом деле влюблена в Дэнни, но принимаю это чувство за легкий желудочный грипп. После этих слов она замирает.

– Иззи О’Нилл, ты уж точно не любишь Дэнни Уэллса.

– Нет, не думаю, что люблю. – Я вытираю ваткой пятно лака с ее мозолистой кожи. – А ты откуда знаешь?

– Ты хочешь его поцеловать?

– Нет.

– Хочешь выйти за него замуж и стареть рядом с ним, а потом помогать ему завязывать ботинки, когда его замучит артрит?

Она щелкает спицами со скоростью света, и эти звуки сливаются в единый гул, словно рой цикад залетел в нашу гостиную.

– Ни капли. Даже мысль об этом меня ужасает.

– А может, ты хочешь переспать с ним?

– Определенно нет.

По-видимому, этого достаточно, чтобы вынести окончательный вердикт: любовь Дэнни безответна. А затем она пускается в юмористический монолог о том, как ей всегда нравился Дэнни и что она не удивлена такому развитию событий.

Позвольте, я перескажу его вам:

– Вы с Дэнни всегда были близки, особенно когда дружили вдвоем. А когда вы на третьей неделе шестого класса пришли из школы с Аджитой и взобрались на этот диван, увлеченно обсуждая ваши первые посиделки за играми, я поняла, что вас связывает что-то особенное. Он единственный ребенок в семье, поэтому ему нелегко пришлось, когда ты стала жить с ними, но вскоре он преодолел это.