Абсолютно ненормально

]

Мы сидим в маленьком кабинете без окон мистера Русенквиста. Когда-то эта комната была кладовкой, если судить по все еще витающему тут запаху чистящего средства. Перед мистером Русенквистом крошечный стол, который больше подошел бы добывайкам[2 - Добывайки (англ. Borrowers) – персонажи детской книги Мари Нортон «Добывайки», крошечные человечки, которые живут в стенах английского дома и таскают у людей разные вещи, чтобы выжить.]. Нас окружают шкафы для хранения документов. В них стоят папки с информацией о каждом ученике.

Вероятно, существует какая-то электронная база данных, способная заменить эту устаревшую систему, но библейские школы[3 - Библейские школы – школы, которые входят в так называемый Библейский пояс в США – регион, в котором религия (евангельский протестантизм) является одним из основных аспектов культуры. – Примеч. ред.] привыкли всё делать «по-старинке».

– Мисс О’Нилл, вы подумать о том, какую профессию учить, когда пойти в колледж осенью? – говорит Русенквист.

[Больше я не буду писать с акцентом, чтобы не показаться расисткой.

Хотя сложно быть расистом по отношению к белокожим скандинавским мужчинам.]

– Эм, нет, сэр. Я подумала, что могла бы немного попутешествовать. Ну, вы знаете, посмотреть мир и тому подобное, – отвечаю я, вдыхая через рот, чтобы запах чистящего средства не сжег волоски в носу.

И, ради справедливости, последующий за этим допрос на тему моего финансового положения был вполне обоснован, учитывая, что мы с бабушкой нуждаемся сейчас в деньгах больше, чем армия США.

– Значит, у вас есть средства, которых хватит на оплату ваших поездок? – спрашивает он, даже не вздрогнув, когда за его спиной с верхней полки падает метелка для пыли.

Как начинающему комику и полной идиотке, мне сложно удержаться и не поставить метелке для пыли оценки, которые обычно ставят на спортивных соревнованиях: восемь целых девять десятых за трудность исполнения и т. д.

Но вернемся к проблеме: мой отрицательный баланс на банковском счету.

– Нет, сэр, мне восемнадцать, и я безработная.

Он одаривает меня сочувственным взглядом, неспешно убирая метелку для пыли в ящик стола. Оттуда вырывается зловоние заплесневевшего яблока, и мистер Русенквист поспешно захлопывает его. Здесь, должно быть, нарушено не меньше дюжины санитарных норм. Мне кажется или я слышу топот маленьких мышиных лапок?

– Я вижу. А вы пытались найти работу?

– Боже мой, какая великолепная идея! – изображая удивление, выпаливаю я.