Записки Ё

Лев Шестов

Лучший литературный критик в России – Лев Шестов, и тот зулус (Лев Исаакович Шварцман). А что делать? Наш пострел везде поспел. Кстати в Серебряный век наблюдался удивительный феномен «наших» зулусов. Порода, образование. Известно, что для зулусов с высшим образованием делались исключения по черте оседлости. Им разрешалось проживать в крупных городах. Многие занимались философией, культурой, Гершензон, например. Питерцы вообще. На смену им пришли другие зулусы из разночинцев и мелких лавочников, которые и возглавили революционное движение на местах.

Один из таких расстрелял царя, нарисовав звезду Давида на стене Ипатьевского дома. В отношении Шестова в мемуарах все сходятся во мнении, что он был «очень мил». Ну, не было человека, который бы его не любил и не уважал. Удивительно, что в Гитлеровской Германии в 38-м вышла его книга «Афины и Иерусалим». Хотя Шестов был ницшеанцем поначалу, но в дальнейшем ушел в другую сторону. И все-таки эта черта зулусов выбивать почву из-под ног – основная парадигма его писаний. Все, что угодно, только не догма! Не правила!

Чем Лев Толстой отличается от Иисуса Христа

Чем Лев Толстой отличается от Иисуса Христа? Толстой написал «Исповедь», и массу прочих поучительных произведений. «В чем моя вера», «Критика догматического богословия» и т. д. Известно три его глубоких мировоззренческих и духовных кризиса, во время которых он был на грани самоубийства или помешательства, и вследствие которых разражался чередой душеспасительных статей, ниспровергающих общепринятые устои и утверждающих нечто свое, новое слово, так сказать.

Итак, везде, вчитываясь в Толстого этих периодов, мы можем вычитать: «Я был на гране…», «Я готов был покончить с собой!», «Истина мне открылась с этой стороны», «Я понял вдруг тщету и лживость», «Лысина внезапно запотела, а в паху зачесалось», «Я осознал и принял бой с лживой моралью» … И везде Я Я Я Я Я Я Я Я Я Я Я Я Я Я Я в кубе и в квадрате. Мощный самец с большими яйцами – Я – не вместился в общепринятые салазки мировой цивилизации.

Смотрите, какие у меня большие яйца! Смотрите все! Яйца, яйца, яйца!

Такова, увы, вообще, суть русского богоискательства – что Бердяев, что Булгаков, что Розанов и многие другие. Смотрите на меня, как это я в позу встал и говорю! Или во, как меня осенило!!! Вглядывайтесь в меня! Цените меня! Следите за моей мыслью! Эк, я могу – и так и эдак! Во я даю дрозда, одним словом! Русское хамство оно не сегодня началось.