Колодец. Сборник рассказов

– Ну, хорошо, можно остаться в отделении, если оформитесь санитаркой на время болезни малыша, у нас как раз их не хватает. Но надо мыть коридор, столовую, палаты и подсобные помещения.

– Я согласна, согласна! Только не отправляйте меня отсюда никуда.

Сынишку понесли в операционную. Галя не находила себе места, пока его не отдали ей, спящего от наркоза, и показали пять осколков от ореховых ядрышек.

– Кажется, все достали, возьмите себе «на память».

Юра лежал на кровати и никак не мог проснуться. Галя гладила его по бледным щёчкам, легонько хлопала ладошкой, но разбудить не удалось.

Страшно смотреть на любого человека, приходившего в себя после наркоза, а тем более – на ребёнка: лицо бело-восковое, глазки закатываются, если он пытается их открыть, тельце вздрагивает, а потом беспомощно затихает.

Через неделю Юрик стал крепнуть, поправляться, на лице засветилась улыбка. Нетвёрдыми ножками он вперевалку бежал по светлому коридору, который мама вымыла до блеска, и теперь выкручивала тряпку, чтобы протереть пол в столовой.

– Солнышко моё, роднулечка, – приговаривала мама, прижимая к себе сына и нежно целуя в висок.

Дома ждали возвращения снохи и внука. Одна знакомая в автобусе спросила у свёкра:

– Что там с вашим маленьким случилось?

– Не усмотрела, поганка худосочная. Если не сбережёт хлопца – ведро помойное на голову одену.

Пути

Море семейной жизни сильнее и сильнее раскачивало утлое судёнышко – всё, что осталось от былого благополучия, согласия и любви… Причём, у Алексея сердце пылало всё тем же юношеским огнём, когда он смотрел на жену, чувствовал её присутствие рядом, обнимал. А она отталкивала, строя недовольную гримасу.

– Что ты всё тискаешь меня? Отстань, прилип, как банный лист…

Двое маленьких сыновей любили маму, а в отце просто души не чаяли.

– Санёк, Вовчик, одевайтесь потеплее, пойдём в снежки играть и бабу снежную лепить, – звал Алексей.

Радостные мальчишки бежали на улицу и кричали маме:

– И ты с нами!

– Идите с отцом, мне некогда, – а сама усаживалась к зеркалу «наводить красоту», как называли нанесение макияжа сыновья и муж.

Почти каждый выходной Катя навещала подруг. По крайней мере так она говорила мужу. Алексей давно догадывался, что у жены есть любовник, но молчал и думал, как же вернуть их прежние отношения.