Два такта до обрыва. Смычок виолончели для пианиста

Мужчина на эту просьбу только эгоистично усмехнулся, потрепав чёрные волосы пианистки, которая была заметно ниже него, самолюбиво отвечая:

– Где же та ненавистница музыки? – посмеялся он немного грубо.

Её слова будто пролетели мимо ушей Брауна, поэтому Карен решила ещё раз повторить, но с большим энтузиазмом.

– Научи меня, Ричард.

Сигарета неустойчиво болталась во рту у мужчины. Парень, уже осознав всю серьезность просьбы студентки, немного удивился. Правда.

– Я – виолончелист. Чему я могу научить пианиста? – наконец высказал свое мнение парень, когда от сигареты оставался только окурок.

– Я не прошу учить играть, я прошу научить меня исполнять, – сладко произнесла леди.

Наконец, втянув последнюю порцию яда, парень выкинул опустошенный никотин, строго осматривая студентку.

– Хорошо, – прокуренным голосом произнес профессор на замену. – Я согласен, но если только твоё эссе пройдёт на отлично. Договорились, Карен Батлер?

Окрылённая радостью, студентка, придя в свою опустошённую квартиру, села за ноутбук, готовясь выполнять данное обещание, но когда её пальцы уже лежали на клавиатуре, она поняла, что не может напечатать и слова, чтобы описать шестиминутное исполнение.

Она писала, стирала и вновь писала. Выходило только глупое перефразирование слова «прекрасно». Одни синонимы одного предложения. Карен не писательница мирового масштаба. Она не умеет твёрдо излагать свои мысли на белом листе. Именно тогда у неё появилась идея. Глупая, детская, но глубокая затея.

Девушка, как только нашла Брауна в огромном университете после всех пар, вызволила его из кучки бумажной волокиты, дорогого виски и приятной классической музыки в класс фортепиано, отговариваясь, что единственное её эссе должно быть передано лично в руки преподавателю.

Пианистка села за чёрный трон музыки, нежно кладя пальцы рук на черно-белые клавиши рояля. Когда полная тишина достигла ушей, девушка испустила первый звук. С первых же аккордов профессор на замену понял: Шопен. Ноктюрн. op.55 №1.

Ноктюрн вызывал ностальгию по первому снегу. Каждый форшлаг[2 - Форшла?г (нем.