Ангел-хранитель упал

– Что? – Серж стукнул ногой в свою сторону забора. – Не понял.

– Я говорю, родители уехали, – Сёма оторвался от теплой поверхности. – В командировку.

Первым делом, когда пришел Серж, они взялись за рытье траншеи «под кабель» – как называл ее папа. Бабушка называла траншею иначе – «стройка века». Недолго поспорив между собой, какое название красивее, ребята взялись за лопаты. Посопев в два носа несколько минут, оба уселись прямо на свежевскопанную землю.

– Как-то трудно идет, – вздохнул Серж.

– Да, тяжеловато, – согласился Сёма.

– Сэм, – Серж сдул со лба рыжую челку. – А, может, наши совочки только для песочницы годятся, а не для такой стройки?

– Наверное, – протянул Семён. – Пошли лучше чай пить с плюшками.

– Пошли, – Серж уже выбирался из траншеи, пачкая ладошки в глине.

Бабушка, увидев горе-строителей, молча показала на дверь ванной.

Наскоро умывшись, оба заняли места за столом.

– Корми, бабаня, работяг, – Сёма придвинул к себе чашку с ароматным чаем.

– Семён! – бабушка всплеснула руками.

– Это из сериала, – пояснил Серж. – Про ментов.

– Сережа, – она присела на стул. – Скажи, а почему тебя все называют Серж?

– Это все папа, – Серж запихнул остатки булочки в рот. – Он говорит, что в этой стране нам делать нечего и все время собирается эгнорировать.

– Может, эмигрировать? – предположила бабушка.

– Вот-вот, – Серж интеллигентно отхлебнул чай. – А куда, никак не решит, то ли во Францию, то ли в Англию. – Поэтому и называет меня Сержем, чтобы привыкал.

– А Сёму ты зовешь Сэмом, чтобы в случае вашего отъезда в Англию, привыкал он? – предположила бабушка.

– Ну, да, – уверенно отставил пустую чашку Серж. – Вдруг вы тоже соберетесь. Ладно, мне пора. Сейчас репетитор придет по французскому.

– Орэвуар, Серж, – кивнула ему бабушка.

– Бабуль, – спросил Сёма, когда они остались одни. – На речку пойдем?

– Не знаю, Сёмушка, – бабушка собрала чашки со стола. – Что-то неважно я себя сегодня чувствую.

– Ладно, – легко согласился он. – Тогда я во двор пойду, поиграю.

Поковырявшись еще в папиной траншее, Сёма с полчаса наблюдал, как муравьи деловито снуют в муравейник под баней. Потом он долго лежал на животе, глядя в прозрачную глубину пруда. Золотые рыбки, лениво шевелящие плавниками, ну никак не хотели превращаться в красивых русалок. Солнце начинало припекать не на шутку.

– Ба, – Сёма крикнул в глубину дома. – Бабу-у-уль!

Дом ответил тишиной.