Тяжёлая жизнь женщины

Челюсть немного дрожала, но было видно, как он боролся с этим.

– Это шутка, папа, шуток что ли не понимаешь?

Олег сначала улыбнулся, а потом засмеялся в голос, он легонько схватил старшего сына за локоть и потянул его в их спальню. На лице Лёши застыло недоумение, однако он послушно последовал за отцом.

– Вот он, сын мой, весь в меня. Видишь, жена, здесь всё моё. И квартира, и сыновья. Ха-ха-ха.

– Мы уходим. Трезвей давай. – Сказал Алексей и развернулся на месте, чтобы уйти.

Только что Олег был весёлый, но как только его старший сын договорил, он превратился в рассерженного и пьяного мужика.

– Я же знаю, пацан. Всё я знаю, слышишь.

– Что ты знаешь? – Спросил Лёша.

– Знаю говорю всё. Так что, давай, бей.

– Что? – Недоумённое лицо Алексея перерастало в испуг.

– Знаю, что хочешь меня ударить. Так, бей!

– А ну, прекрати! – Вмешалась жена. – У тебя белая горячка, до сына докапываешься.

– А ты заткнись, не с тобой разговариваю!

– Не говори так маме! – Буркнул сквозь стиснувшие зубы Алексей.

– Вот как? Иначе что сделаешь, ударишь? – спросил Олег.

– Не отвечай ему, Лёша. Просто молчи. Он специально так говорит. Хочет тебя разозлить.

Алексей стоял ровно. Ровная спина вытягивалась и позволяла смотреть на отца практически с одинаковой высоты, разве что на пару сантиметров ниже. Он смотрел прямо в глаза отцу. Страха на его лице больше не было.

Олег довольный широко улыбался и качался время от времени то право, то влево.

– Всё, Олег, мы уходим. Пошли дети!

Лиля отпирала замок, и Алексей двинулся к маме.

– Никуда вы не пойдёте! – Заорал Олег. – Никуда! Я сейчас тут всё разнесу.

Лиля молча открыла входную дверь и уже выходила за порог, когда младший сын вдруг закричал:

– Мама!

Олег схватил стул и швырнул его прямо в окно. С дребезгом стёкла полетели на подоконник и на улицу. Стул угодил в окно ножками вперёд, он разбил стекло, но сам вылететь через него не смог, застрял наполовину.

Когда это случилось, Лиля инстинктивно прикрыла собой детей.

После того, как отец двоих сыновей разбил окно стулом, в квартире воцарилась тишина. Ни у кого из них не оказалось ни единого слова. А как это можно прокомментировать? Никак! Только шок.

Мама нашла слова через пару минут, когда Олег уже сидел на кровати младшего сына, опустив голову. Казалось, он сейчас вырубится.